Рыночный капитализм теряет своих сторонников в ЕС

0
Посетите магазины партнеров:
KupiVIP Everbuying INT

Москва, 13 октября — «Вести.Экономика».

В ответ консервативный премьер-министр Тереза Мэй указывает на колоссальный потенциал отворённой, инновационной, рыночной экономки. Аналогичные «процессы» происходят во всем вселенной.

Еще четверть века назад споры по поводу преимуществ экономических систем – социализма под управлением страны или либеральной демократии с капитализмом – казались завершенными. После краха СССР проблема был закрыт – или по крайней мере так казалось.

Но с тех пор подъем Китая опроверг суждение, будто государственная плановая стратегия всегда обречена на неуспех, при этом мировой финансовый кризис сделал очевидной опасность неадекватно регулируемых базаров. В 2017 г. среди стран мира с самой быстрорастущей экономикой лишь немногие имеют независимые рынки – Эфиопия, Узбекистан, Непал, Индия, Танзания, Джибути, Лаос, Камбоджа, Мьянма и Филиппины. При этом многие края с рыночной экономикой страдают от замедления темпов роста и скорого повышения уровня неравенства.

На этом фоне некоторые политики перестали отстаивать рыночный капитализм, ссылаясь на рост экономики или выгоды глобализации. Вместо этого они заговорили об улучшении перспектив собственной жизни. Например, Мэй хвалит данную систему за снижение ребяческой смертности, увеличение продолжительности жизни, сокращение крайней нищеты, повышение располагаемых доходов и доступности образования, а также острое падение уровня безграмотности.

Однако, как пишет директор программы глобального экономического управления при Оксфордском университете Нгэр Вудс в своей статье на Project Syndicate, такие заявления не отвечают фактам.

Директор программы глобального экономического управления при Оксфордском университете Нгэр Вудс

Приступить хотя бы с материнской смертности. В большинстве стран мира достигнуты вящие успехи в повышении безопасности родов. В период с 1990 по 2015 гг. Албания снизила материнскую смертность с 29,3 до 9,6 на 100 тыс. родившихся живыми. В Китае, образцовой краю с государственной экономикой, данный показатель снизился со 114,2 до 17,7.

Тем порой в США, образцовой стране демократии и рыночной экономики, наблюдается оборотная тенденция: материнская смертность здесь растет – с 16,9 в 1990 г. до 26,4 в 2015 г. (на 100 тыс. родившихся живыми). Столь же шокирует тот факт, что заболеваемость и смертность среди белоснежных (неиспаноязычных) мужчин и женщин среднего возраста в США увеличилась в этап с 1999 по 2013 гг. Утверждение, что рыночная политика помогает «побеждать безграмотность», также обманчиво.

В Англии возле 15% взрослых (5,1 млн человек) до сих пор «функционально неграмотны», то имеется их уровень грамотности не превышает уровня грамотности, ожидаемого от ребенка 11 лет. Недавний опрос в Шотландии показал, что выходит падение уровня грамотности: менее половины 13- и 14-летних шотландцев умеют неплохо писать. Если вы сделаете в Google запрос «Успешная кампания повышения грамотности», ваш экран заполнится извещениями о Кубе, достигшей потрясающего роста уровня грамотности; систему этой края трудно назвать рыночной. Аргументы консерваторов, красноречиво излагаемые Мэй, заключаются в том, что базарная экономика, работающая в рамках надлежащих правил и регулирования, является величайшим двигателем коллективного человечьего прогресса, который когда-либо существовал. Но если это утверждение неизменно, можно сделать один-единственный логический вывод: мы что-то мастерим не так.

Какие же меры нужны для исправления ситуации? Во всем политическом спектре предлагаемые утилитарные решения выглядят довольно единообразно. Более того, несмотря на деятельную демонстрацию различия позиций, разница между левыми и правыми в этом проблеме, как представляется, испарилась.

Первым делом в Британии предлагается гарантировать инвестиции и рост во всей экономике, а для этого требуется государственное вмешательство. Корбин выставляет идею создания «Национального инвестиционного банка» и «Фонда реорганизаций» для мобилизации государственных инвестиций и создания хороших рабочих пунктов и процветания. Мэй, со своей стороны, предлагает промышленную стратегию содействия «роста экономики во всей краю», которая бы помогала «превратить локальные успешные проекты в национальных экспортных чемпионов».

Во-вторых, руководство частного сектора надлежит измениться с целью положить конец краткосрочному мышлению, уклонению от налогов и иным формам оппортунизма и личного обогащения. Здесь Корбин сосредоточился на ответственности корпоративного руководства, а Мэй призывает предоставить работникам и акционерам вяще прав в принятии корпоративных решений, а также стимулировать крупные компании размышлять о долгосрочной перспективе.

Третье изменение – повысить выплаты сотрудникам и улучшить обстоятельства труда. В Британии, даже несмотря на рост экономики, зарплаты упадают (на 10% с 2007 по 2014 гг.). Корбин обещает предпринять поступки, которые бы не позволили бы работодателям и дальше снижать зарплаты и ухудшать обстоятельства труда. А Мэй говорит о том, что «любая работа должна быть правой и достойной, оставляя место для развития и самореализации». Оба политика сообщают о важности повышения качества профессиональной подготовки и технического образования.

В-четвертых, правительство Британии надлежит заняться кризисной ситуацией с государственным жильем. В 1950-х и 1960-х гг. в посредственном строилось около 300 тыс. домов ежегодно, а сейчас эта цифра снизилась немало чем в два раза. Корбин предлагает пересмотреть вопросы социального жилья, контроля за арендной платой, программ реновации для народонаселения. А Мэй объявила о создании фонда размером 2 млрд фунтов стерлингов ($2,62 млрд) для стройки нового муниципального жилья.

Наконец, Британии нужны немало эффективные правила и регулирование, с тем чтобы приватизированные объекты коммунальной инфраструктуры предоставляли немало дешевые и стабильные услуги. Корбин обвиняет компании в том, что они выплачивают вящие дивиденды акционерам, в то время как инфраструктура разрушается, сервис портится, при этом налоговые платежи компаний слишком малы. Мэй обещает кончить с «грабительскими ценами на электроэнергию и топливо».

Ортодоксия, провозглашенная Маргарет Тэтчер и Рональдом Рейганом в 1980-е гг. (снижение роли страны после десятилетия расточительной политики раздутого правительства), очутилась на скамье подсудимых. Сейчас возникает новый консенсус: для повышения темпов роста и расширения перспектив требуется немало активное и эффективное государство. Впрочем, пока еще неизвестно, получат ли воли инструменты и поддержку, которая им нужна для реабилитации подсудимого.

Посетите магазины партнеров:
Letyshops Banggood INT

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *