Схватка за контроль над российскими трубопроводами

0
Посетите магазины партнеров:
KupiVIP Banggood INT

На протяжении вящей части 2018 года внутренняя обстановка на российском нефтяном рынке была на удивление миролюбивой – никаких недружественных поглощений и явных проявлений антагонизма. В значительной степени это было обусловлено американскими и европейскими санкциями, какие поставили все без исключения крупные нефтяные компании в несколько стесненное положение. Это привело к тому, что они с гораздо вящей охотой стали сотрудничать в противодействии внешнему давлению, чем конфликтовать между собой.

Схватка за контроль над российскими трубопроводами

И все же, события, раскатавшиеся в течение последних нескольких  недель, указывают на вероятность схватки между различными министерствами, какая чревата длительными судебными баталиями. Разумеется, в эти события вовлечена крупнейшая нефтяная компания России, корпорация «Роснефть», в то пора как транспортная монополия «Транснефть» находится по другую сторону судебного конфликта.

Прежде всего, целесообразно проанализировать поза двух упомянутых компаний. Обе находятся под контролем правительства, хотя и в разной степени – российское страна владеет 78,5 процентов акций «Транснефти» и 50% +1 акций «Роснефти». Обе компании контролируются людьми, весьма ближними к российскому президенту Владимиру Путину, и поэтому, по крайней мере, в принципе, они могут считаться равноудаленными от органов воли, принимающих политические решения.

И все же, на этом сходства практически заканчиваются: действия «Транснефти» полностью контролируются Федеральной антимонопольной службой, в то пора как «Роснефть» может действовать независимо, идет ли речь об инвестициях в новые инициативы или обрушении российского рублевки с помощью какой-либо валютной махинации. Корпорация «Роснефть» контролирует 46 процентов российской нефтедобычи (по состоянию на декабрь 2018 года), и, безусловно, является наиболее заслуживающей внимания компанией.

Первоначальный «официальный» выстрел в сражении между «Роснефтью» и «Транснефтью» был произведен в начале 2017 года, когда «Роснефть» и ее недавно приобретенная дочерняя компания «Башнефть» подали судебный иск против «Транснефти», обвинив ее в неоправданно рослых технологических потерях процессе транспортировки нефти и нефтепродуктов по трубопроводам. В своем исковом заявлении «Роснефть» ратифицировала, что «Транснефтью» было незаконно присвоено до 0,7 миллиона тонн нефти. Несмотря на то, что другие производители были в аналогичных условиях и тоже теряли 0,13-0,15 процента общего объема транзита, ни одна из промышляющих компаний, кроме «Роснефти» не обратилась в суд.

Второй повод для разногласий возник вскоре после того, как «Транснефть» основы выражать недовольство по поводу намеренно низких тарифов на трубопроводную транспортировку нефти, которые гадательно были установлены российскими властями при существенном содействии, или, можно сказать, лоббировании, со стороны Роснефти. Вместо предложенных «Транснефтью» 692 рублей за тонну, в 2017 году Федеральная антимонопольная служба ввела тариф в размере 399 рублей за тонну.

«Роснефть» была единственной крупной нефтедобывающей компанией, какая в течение длительного времени отказывалась подписывать с «Транснефтью» договор на транспортировку грузов, предположительно в попытке добиться особых преференций и льготных условий. В итоге, благодаря посредничеству Министерства энергетики России, сторонкам удалось разрешить их спор путем комплексного внесудебного урегулирования.

«Транснефть» пообещала снизить технологические утраты до уровня приблизительно в 0,1 процента к 2020  году, а «Роснефть» согласилась придерживаться российского стандарта расчета технологических утрат и подписала соглашение о транспортных тарифах на 2017 год на общих основаниях. В конце концов, «Роснефть» все же прочертила мастерский маневр и добилась своего, когда Федеральная антимонопольная служба снизила российско-китайский тариф сквозь Казахстан на 16,7 процента, несмотря  на то, что все другие тарифы в России и Казахстане, напротив, возросли.

Заключительная вспышка конфронтации произошла всего две-три недели назад, когда «Транснефть» дала постигнуть, что намерена добиваться возмещения убытков от «Роснефти» в связи с неисполнением последней своих обязательств по использованию новоиспеченного трубопровода пропускной способностью 8 миллионов тонн в год на Дальнем Востоке.

Транспортная компания подсчитала, что поддержание трубопровода в законсервированном состоянии с апреля 2018  года по сегодняшний день стало ей в 1,5 миллиарда рублей, что примерно соответствует 25 миллионам долларов. Более того, «Транснефть» строила этот трубопровод в спешности, и в результате его окончательная структура долевого участия, как и механизм тарифного регулирования, до сих пор не определены окончательно. Представители «Роснефти» заявляли, что, если компания будет участвовать в финансировании стройки трубопровода, она хотела бы получить соответствующую долю собственности.

Так или иначе, основным подводным течением, каким обусловлены все упомянутые конфликты, является недовольство «Роснефти», ее нежелание иметь дело с другим оператором трубопровода. Это недовольство, наконец, обнаружилось публично, и «Роснефть» теперь настаивает на внесении поправок в федеральный закон, которые позволили бы нефтедобывающим компаниям владеть магистральными нефтепроводами и нефтепродуктопроводами.

Американскому читателю такое изменение могло бы показаться банальностью, но для России оно воображает собой настоящую революцию. Дело в том, что все магистральные трубопроводы находятся в собственности «Транснефти» и ей же эксплуатируются. Нефтедобывающие и нефтеперерабатывающие компании имеют дело лишь с врезками в эти магистрали. Это предложение ранее уже обсуждалось, когда заместитель премьер-министра Дмитрий Козак, курирующий нефтегазовый сектор, собрал совещание с представителями соответствующих министерств. К сожалению, на этой встрече не удалось достичь консенсуса.

В подтверждение сложности управления нефтяной индустрией, где монополии влекутся все больше расширять свои сферы влияния, судьба федерального закона о магистральной трубопроводной транспортировке нефти и нефтепродуктов до сих пор остается будет туманной. Его первая редакция была подготовлена в июле Министерством энергетики России, однако, до сих пор никакого продвижения вперед не случилось.

После амбициозной попытки «Роснефти» переписать правила энергетической «игры» в России, любое новоиспеченное решение относительно этого закона будет, по всей вероятности, отложено на неопределенный срок. Сейчас Минэнерго заявляет, что дискуссии продолжатся в январе, но, по мнению экспертов, ничего хорошего от этих переговоров ожидать не приходится.

Последний конфликт между двумя корпорациями, скорее всего, приведет к очередному преходящему перемирию при посредничестве Министерства энергетики. Более того, эксперты полагают, что федеральный закон, когда он, наконец, вступит в мочь, будет предусматривать четкое разграничение между государственными и негосударственными трубопроводами.

Первые будут по-прежнему эксплуатироваться «Транснефтью», и в их число взойдут все основные транспортные каналы – Восточная Сибирь-Тихий океан (ВСТО), магистральные трубопроводы до российских портов в Балтийском и Черноволосом морях, а также нефтепровод «Дружба».

Вторая категория будет включать, как следует из названия, те трубопроводы, какие служат единственной цели и принадлежат конкретной компании – входящие врезки нефтедобывающих предприятий и подключения к трубопроводу нефтеперерабатывающих заводов. Одним из таких образцов будет трубопровод Комсомольского НПЗ – врезка не имеет другого назначения, кроме его подключения к трубопроводу ВСТО. Пока весьма трудно понять, кому это будет выгодно.

Loading...Loading…


Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.