Для чего ЦБ требует от банков систематизировать внутреннее управление рисками

0

Базельский комитет по банковскому надзору опубликовал отчет, в каком высоко оценил соответствие регулирования рисков российских банков интернациональным стандартам «Базель» II и III. На положительную оценку повлияло и то, что Банк России опубликовал заявки к системам управления рисками и капиталом, или к внутренним процедурам оценки достаточности капитала (ВПОДК). Эффективность этих процедур в крупнейших банках ЦБ оценит в начине 2017 г., а в остальных – весной 2018 г.

Казалось бы, у ЦБ и так много нормативов и инструментов регулирования риска, зачем банкам еще вводить внутренние процедуры его оценки? Так они смогут учесть специфический для себя профиль риска, какой Банк России не видит или не до конца может оценить и проконтролировать.

Так, такие банки, как «Глобэкс» или «Российский кредит», активно кредитовали высокорискованный сегмент строительных организаций, но при этом выполняли нормативы ЦБ до момента реализации рисков, желая последние были уже высоки на момент их принятия, т. е. выдачи кредитов. Потому, требуя разработать ВПОДК, Банк России ожидает, что банки учтут в системе управления рисками то, что не учитывают целые, усредненные, унифицированные подходы регулятора.

Термин «ВПОДК» подразумевает присутствие системы управления, когда риски выявляются, оцениваются, контролируются, а полученные эти банк использует при принятии решений о резервировании, ценообразовании, стратегическом планировании, вознаграждении сотрудников и т. п. Особенно благоразумно то, что требования различны и с более крупных банков спрашивается больше, а с небольших – меньше.

Но у банкиров остаются вопросы.

Нужно ли выявлять «черных лебедей»?

Прежде итого, в рамках ВПОДК нужно идентифицировать все риски, которым может быть подвержен банк, реализуя бизнес-стратегию. Тут уместна аналогия с розыском «черных лебедей», о которых писал Нассим Талеб, когда до открытия Австралии никто и не мог предположить, что такие лебеди вообще есть.

Действительно, если бы все банкиры наперед знали, лебедей какого еще краски, кроме белого, они могут встретить, то финансовых кризисов скорее итого не было бы. Но цель идентификации рисков в рамках ВПОДК – не создание непреходящего двигателя или отыскания «того, не знаю чего». Цель – в систематизации управления рисками. Это значит, что банкирам необходимо проверить, всех ли «белых лебедей» они учли, – как то кредитный риск, базарный, операционный, правовой, репутационный, риск концентрации и т. п.

Например, риск концентрации кредитного риска значим для любого российского банка, заявили в феврале представители ЦБ на конференции Ассоциации российских банков (АРБ), посбольшенной ВПОДК. Причем если для одного банка это может быть риск концентрации кредитования на одном крупном юридическом лике, то для другого – на определенной отрасли экономики, а для третьего – на определенном регионе с низеньким уровнем дохода, где живут заемщики – физические лица. Поэтому регулятор ждет, что любой банк продемонстрирует, сколько капитала он держит под реализацию конкретного риска, вводя тот же риск концентрации.

Но в каком объеме нужно реализовывать ВПОДК?

Как разрешится «дилемма узников»?

В теории игр популярна «дилемма узников», когда есть два преступника, каждого из которых можно осудить лишь на основании признания другого. Если один признается, то его отпустят, а второго всерьез осудят. Если оба не признаются, их нестрого осудят; но если признаются оба, то обоих осудят всерьез. В итоге оба признаются и получают серьезное наказание, поскольку, не имея возможности для сделки, каждый пробует признаться, ожидая, что второй последует оптимальной для обоих стратегии смолчать.

Тот, кто спрашивает, в каком объеме реализовать ВПОДК и раскрыть информацию о своей системе управления рисками и капиталом, играет в такую же «дилемму узников». Любой хочет раскрыть как можно меньше, чтобы потом меньше объяснять Банку России и инвесторам, что означает та или другая фраза.

Но если один банк раскроет больше информации, то при оценке его ВПОДК Банк России, вероятно, поставит ему лучшую оценку, чем тому, кто открыл меньше.

Хотя банки не склонны обсуждать друг с другом, кто что и о каких рисках напишет, после публикации отчетов оценить степень их откровенности сможет любой. Потому после публикации нескольких отчетов банки придут примерно к равно полному содержанию отчета о рисках в рамках реализации ВПОДК. От этого выиграют пользователи подобный информации, поскольку смогут лучше оценить уровень развития систем управления рисками и финансовую устойчивость банка.

Но если пользователи информации о ВПОДК соображают ее ценность, то как убедить акционеров и руководство банков такую ценность «создать»?

Как побудить банкиров реализовать заявки к ВПОДК?

Когда встает вопрос о реализации ВПОДК, в первую очередность говорят о затратах на их внедрение. Но они несопоставимо малы в сравнении со штрафом, какой налагается при неудовлетворительной реализации ВПОДК. Банк может получить от регулятора до 3 (!) процентных пунктов надбавки к нормативу всеобщей достаточности капитала, т. е. капитала нужно будет иметь больше, чем минимально спрашиваемые сейчас 8%, почти на 40% (до 11% в терминах Н1.0).

Выгодой, какая поможет компенсировать расходы на внедрение ВПОДК и возможную надбавку к нормативу достаточности, может сделаться повышение стоимости банка. Чем эффективнее его системы управления рисками и капиталом, тем качественнее цивилизация риск-менеджмента и выше финансовая устойчивость, что при прочих равных повышает кредитный рейтинг банка, снижая стоимость заимствований и увеличивает его стоимость при слияниях и поглощениях.

Чем все обернется для российской банковской системы?

Разумеется, последствия для банков будут зависеть не только от требований к ВПОДК, но и от того, как Банк России будет испытывать соответствие им. Если по неясным причинам при прочих равных условиях одинешенек банк получит бóльшую надбавку к капиталу, чем другой аналогичный, это будет воздействовать на конкурентную ситуацию, подрывая доверие ко всей банковской системе.

Отличия в подходах часто наблюдаются в ситуации, когда в центральном аппарате Банка России подают одно разъяснение по вопросу, а инспектора при проверке на местах используют другую интерпретацию. В последние два года число таких случаев сокращается, т. к. ЦБ становится немало открытым, но все равно банки продолжают просить АРБ помочь в разрешении подобных противоречий.

При правой же оценке ВПОДК, когда все инспектора Банка России будут применять целую методологию, а банки – заслуженно получать бóльшую, меньшую или нулевую надбавку к нормативу достаточности, всеобщая устойчивость банковской системы возрастет, повысив доверие граждан к ней. От этого выиграет любой отдельно взятый банк независимо от размера индивидуальной надбавки.

Суждения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не сходиться с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов.

Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *