Фиктивный брак, слухи о наследнике и родстве с Моргенштерном. На чем хайпует Александр Васильев

ШОУБИЗ

Искусствовед прославился не только в России, но и за границей, работая декоратором во французских театрах и выставляя предметы частной коллекции моды и костюма в Австралии, Америке, Европе и Азии. Новой волной популярности Александра Васильева накрыло благодаря «Модному приговору».

Вместе с числом поклонников выросло и количество хейтеров: многим не нравилось, как Васильев высказывался о «простом народе», а себя называл аристократом. Что еще не импонировало зрителям, и как Александр Александрович справлялся с травлей? 8 декабря телеведущему исполняется 63, и мы рассказываем обо всех значимых событиях его жизни.

Интеллигентная семья

Александр Васильев появился на свет в семье театрального художника и драматической актрисы, преподававшей сценическую речь. Неудивительно, что рядом с творческими родителями ребенок рано увлекся миром искусства. С детства Саша помогал папе с декорациями и костюмами, а в 12 мальчик уже поставил спектакль «Волшебник Изумрудного города». Уже тогда Александр понимал, что его влечет история прошлых веков, со всем ее антуражем.

Примерным учеником Васильев не был: из английской гимназии мальчика отчислили, а затем перевели в 127-ю школу, где в то время занимались Антон Табаков и Алексей Аксенов. В отличие от сверстников из рядов «золотой молодежи», Васильев не ходил по ресторанам, а шарил по помойкам и разыскивал по объявлениям бабушек, у которых могли сохраниться ценные экземпляры материальной культуры имперской России.

Юноша работал в «Современнике» бутафором, а когда настало время поступать в вуз, выяснилось, что его не хотят принимать в комсомол. Заручившись рекомендациями от Константина Райкина и Стаса Садальского, Васильев сумел пробиться в ряды советской организации и в итоге окончил постановочный факультет Школы-студии МХАТ.

Александр устроился художником по костюмам в Театр на Малой Бронной, но что бы он ни делал, окружающие твердили, что «это папа за него нарисовал». Жить в тени тезки-отца не хотелось, к тому же над Васильевым нависла угроза армии, что в ту пору означало службу в Афганистане. Поэтому искусствовед приложил все усилия, чтобы добиться разрешения на выезд во Францию.

История любви

Имелась и еще одна причина отправиться за границу: во Францию уезжала первая любовь Васильева — Маша Лаврова. Они познакомились, когда Александр учился в вузе, ну а Маша заканчивала школу. Роман закрутил их как в вихре: художница понимала тягу избранника к старинным вещам и помогала ему разыскивать редкие экземпляры для коллекции, они говорили часами, гуляли по ночам, путешествовали по Золотому кольцу.

«Ради Маши я готов был все бросить и начать заново. Не на словах — я в реальности так и сделал. Начал жизнь с белого листа, несмотря на то что меня ждала шикарная карьера: я уже поступил в аспирантуру Академии художеств, одновременно работал художником по костюмам в Театре на Малой Бронной, сделал вместе с папой спектакль «Волки и овцы». При этом имел собственный контракт в Комсомольске-на-Амуре на оформление «Бесприданницы», но… Моя любимая уехала с мамой во Францию. Родители Маши работали в Париже в советском торгпредстве. И вот ее мама, переводчица, влюбилась во французского архитектора…» — делился Васильев.

не пропуститеАлександр Васильев о рождении ребенка: «Еще не поздно, я равняюсь на Табакова»

Александр тяжело переживал личную трагедию и решился на единственный возможный способ попасть из СССР в Европу: фиктивно женился на француженке Анне, изучавшей в МГУ русский язык. Сердобольная девушка выслала мужу приглашение во Францию, однако визовый отдел все равно не выпускал Васильева из страны больше года.

Ради возлюбленной Александр фиктивно женился

Ради возлюбленной Александр фиктивно женился

Наконец, Александр оказался в Париже и помчался на встречу с Машей. Но стоило только сесть за столик, как искусствовед услышал от избранницы, что между ними все кончено. Лаврова встретила известного французского журналиста и собралась выйти за него замуж. Спустя годы художница и историк моды попытались воскресить былую любовь, но не сложилось, так что они остались друзьями.

«Маша с французским корреспондентом обрела сына, но он с ней поступил не по-мужски: как только она забеременела, тот ее бросил… Она позвонила, приехала ко мне, но я испугался чужого ребенка. Сейчас понимаю, что, может быть, не надо было бояться, но я был слишком молод и неопытен, чтобы взять пассию с ребенком, который случился у нее с другим», — пояснял Васильев в программе «Секрет на миллион» на НТВ.

не пропуститеАлександр Васильев впервые показал свою дочь

Немаловажно, что сына Мария назвала так, как в детстве окрестили Александра: Груня. В дальнейшем эту историю раскрутили на шоу «На самом деле»: мол, ребенок мог быть наследником Васильева, а не какого-то француза. Интрига сохранилась, так как первая любовь историка моды отказалась отвечать на вопрос об отцовстве прямо. «История умалчивает, давайте сдадим анализ ДНК, применим научный подход, я только это могу предложить», — со смехом говорила в студии Маша.

Фиктивный союз

В любом случае, приезд во Францию открыл Васильеву блестящие перспективы: он декорировал местные театры, затем начал читать курс лекций в университетах и колледжах мира, открыл частный музей коллекции старинного костюма в Риге.

Но где же жил Александр Александрович до оглушительного успеха? Он снимал квартиру вместе с фиктивной супругой, деля арендную плату напополам. Брак продлился пять лет, и в какой-то момент в дело вмешались чувства.

не пропуститеАнатолий Кот о фиктивном браке с Высоцкой: «У меня не было чувств к Юлии»

«Как ни странно, моя фиктивная жена была ко мне не просто очень привязана, она полюбила меня. А я отвечал ей большой симпатией. Так постепенно наш союз, при всей фиктивности, из платонического перевоплотился в консумированный, а проще говоря, стал довершенным, — отмечал Васильев. — Со всеми вытекающими из этого определения супружескими отношениями. То есть мы зажили нормальной жизнью мужа и жены. Но увы… Через некоторое время моя супруга стала встречаться с любовником. Сначала я только догадывался об этом, а потом — смешно даже вспоминать — увидел своими глазами. Возвращаюсь однажды домой и вижу, как на улице, прямо перед домом, Анна целуется с мужчиной».

В первый раз историк моды смолчал, но вскоре Анна сама заявила, что переезжает к другому мужчине. Александр перебрался на мансарду приятельницы-эмигрантки и быстро освободился от душевной депрессии, переключившись на работу и ремонт нового дома.

Завидное богатство

Все началось с преподавания во французской школе моды. Затем у Александра появился европейский паспорт, открывший ему дорогу в Бельгию, Америку, Исландию, где он оформлял театральные пьесы. Талант к изучению иностранных языков позволял искусствоведу читать лекции на испанском, английском, итальянском. Так Васильев стал гражданином мира.

Он устраивал выставки, открыл свою дизайн-студию, организовал фестиваль «Поволжские сезоны Александра Васильева», стал ведущим «Модного приговора». Неудивительно, что обладатель огромной частной коллекции костюма не жаловался на бедность. Несколько лет назад недвижимость и имущество театрального художника оценили в полтора миллиона евро.

не пропуститеАлександр Васильев: «Не обедал я с шахтерами. Я аристократ!»

«В Париже у меня трехкомнатная квартира. Но ценна не она сама по себе, а то, что в ней находится, — пояснял историк моды. — Я, моя собачка, коллекции. Дом в Литве, доставшийся мне от деда, был построен в 1912 году. На верхнем этаже живут мои кузен и кузина. У них три комнаты с отдельным входом. У меня семь комнат внизу. В здании сохранилась мебель, старинная печка, много старых вещей. Я все это обожаю. Все реставрировал сам».

В качестве гонорара искусствовед получил квартиру в Анталье, кроме того, у него есть жилье в Москве, французской провинции Овернь и Зеленоградске Калининградской области. Поддерживать порядок в апартаментах помогают прислуга и садовники. Разумеется, хейтеры отзывались о домах, забитых антиквариатом, нелестно.

«У меня много живописи, две тысячи полотен XVIII, XIX и XX века. Я умею купить дешево, — оправдывался искусствовед. — У меня есть дар сбить цену, объяснить людям, что это ерунда. Я не миллионер, я — Васильев».

не пропуститеАлександр Васильев оправдался за многомиллионное имущество за границей

Александр Александрович давно задумался над тем, кому оставить состояние. По завещанию часть имущества отойдет фонду, которым он руководит. Кроме того, у Васильева есть крестная дочь Марфа Миловидова, с которой он поддерживает теплые отношения, так что и ее имя значится в документе.

Сходство с Моргенштерном

По поводу собственных детей историк моды высказывался неоднозначно: то говорил, что в дальнейшем все возможно, то утверждал, что видит себя в будущем одиноким стариком с мопсом, то интриговал публику возможным наличием внебрачных наследников. Последнюю тему активно муссировали после появления на шоу «Давай поженимся!» Моргенштерна.

На самом деле Алишер пришел в студию за компанию: его коллега Слава Марлоу выступал в роли жениха. Тем не менее ведущие сосредоточились на фигуре Моргенштерна. Его снимки давно сравнивали с фото молодого Александра Васильева, так что Лариса Гузеева и Роза Сябитова пригласили на шоу самого историка моды. Искусствовед подыграл публике, объявив себя потерянным отцом музыканта.

не пропуститеТрэш-шапито: Александр Васильев и Моргенштерн сдали ДНК-тест и исполнили индийский танец

Затем организаторы инициировали ДНК-экспертизу, правда, вместо объявления результатов зрители увидели индийский танец Алишера с Васильевым… «Я действительно бывал в Уфе, но не знал, что у меня растет сын. Ему даже фамилию дали Моргенштерн, потому что мы зачали его на рассвете. Наблюдаю у него определенные проблемы в воспитании: он неряшливый, грубит. Но, думаю, это все из-за отсутствия отцовской заботы. Теперь будем восполнять пробелы», — иронизировал Александр Александрович.

Один против хейтеров

Разумеется, гораздо ближе Васильеву была программа «Модный приговор», экспертом которой он стал после ухода Вячеслава Зайцева. Сейчас представить на месте Александра Александровича кого-то другого трудно, хотя продюсеры были не против перестановок.

«Я вступил 12 лет назад в «Модный приговор», который веду, к счастью своему, долго и успешно, несмотря на то, что меня пытались не то чтобы свергнуть, но заменить. На кого? Ну, были у нас Андрей Бартенев, Валентин Юдашкин, Цискаридзе меня заменял два дня…» — делился искусствовед.

не пропуститеАлександр Васильев: «Меня пытались заменить в «Модном приговоре»

Порой пользователи Сети критиковали не столько образы, созданные гостям экспертами программы, сколько поведение Васильева. Хейтерам казалось, что историк моды относится к представителям рабочих профессий, приехавших в столицу издалека, с пренебрежением. Однако искусствовед наоборот поддерживал с героями шоу связь и с интересом слушал их истории.

«Многие говорят: «Васильев — сноб! Он что, не знал ни одну доярку?» Нет! Дворянок знал, а доярок — нет. Например, познакомился с ассенизатором зоопарка — она произвела на меня впечатление. Или вот женщина, которая толкала поезд. Силач! Одна может сдвинуть паровоз! Где бы вы могли встретить такого человека?» — рассуждал модный эксперт в YouTube-шоу «Стрелец-молодец».

не пропуститеЦепи из 90-х, ретро-воротнички и седина: Александр Васильев о главных модных трендах сезона

Раньше историк моды сильно переживал из-за потока хейта в свой адрес, но теперь относится к травле в Сети спокойнее. По мнению искусствоведа, ряды недоброжелателей поредели, так как в период пандемии стало важно зарабатывать на хлеб, а не стучать по клавишам, обливая грязью звезд.

Сам Александр Васильев нередко дает экспертную оценку знаменитостям. Так, он называл Ольгу Бузову современной иконой стиля, на которую равняются миллионы людей, а недавно даже сравнил ее с Моникой Беллуччи.

не пропуститеАлександр Васильев: «Ольга Бузова — образец обыденности»

Не менее резонансными стали высказывания искусствоведа о королевской семье Великобритании: оказалось, Васильев придерживается точки зрения некоторых биографов, заявлявших, что принц Гарри — сын любовника Дианы Спенсер Джеймса Хьюитта. И даже если кто-то с этим не согласен, вряд ли Александр Александрович сменит мнение в угоду публике.

«Меня критикуют, почему я не хочу дать три миллиона евро на уколы девочке. Не могу, потому что у меня нет. Она мне не родственница. Мне говорят: «Соберите для нас». Тоже не буду. У меня есть другой ребенок — Музей моды. Мне: «Васильеву шмотки важнее, чем жизнь бедного ребенка!» А я не знаю, есть ли он вообще, мне музей важен. Он останется, а ребенок — неизвестно. Говорят: «Как ему не стыдно. Он не гуманен!» Я гуманен. Но у каждого свои интересы в жизни. И потом я люблю ловить хайп. Я всегда в топе», — резюмировал искусствовед.

По материалам «7 Дней».

Фото: Legion-Media, Thomas Padilla, личный архив, архив пресс-службы

Оцените статью
Z1V.RU - Актуальные новости России и Мира
Добавить комментарий