Натянутая искусственность

0

На фронтах отечественной цивилизации опять сгущение событий, как всегда скандальных.

Открытие памятника на Боровицкой вновь переносится. Забрезжила чаяние, что до осени на Москву снизойдет чудо и нас минует сия беда.

На всю страну прогремела отставка директора Государственного архива РФ Сергея Мироненко, связанная с публикацией документов расследования, проведенного военной прокуратурой в 1948 г. и доказавшего, что история 28 панфиловцев – пропагандистский миф, художественный вымысел корреспондента «Алой звезды». Историк, как честный человек, твердо держится версии добровольного ухода, но его оппонент из министерства публично повествует о том, что в ходе конфликта «нашли оптимальное решение», словно бравируя мщением за материалы о старом мифе.

Поначалу было не ясно, почему такую реакцию потребовала публикация материалов именно по этому мифу. Но несколько позже прошло малозаметное сообщение о переносе примерно на полгода премьеры фильма «Двадцать восемь панфиловцев», финансируемого с участием Минкульта при поддержке министра. Тяжело не связать нелепое положение, в котором оказался этот фильм после публикаций Мироненко, с выступлением главы Минкульта, еще летом угрожавшего выступающему историку и бессменному директору Госархива «сменой профессии». Тогда этот пассаж малопонятным образом попал в прессу в стенографическом изложении, был широко растиражирован и потребовал серьезные сомнения в том, что министр понимает дистанцию и может соблюдать пристойности. В ведомстве, похоже, решили порулить идеологией, не имея на то ни прав, ни особых способностей.

Наконец, в самый пыл битвы за моральные и исторические ценности в Минкульт заходит ФСБ по поводу масштабных хищений на товарищем участке патриотического фронта – в реставрации исторического наследия. По мнению последствия, лидер предполагаемой ОПГ – заместитель министра культуры.

Венчает череду шумных событий заявление советника президента по цивилизации Владимира Толстого о том, что в подобной ситуации он немедленно подал бы в отставку. Запоздалее официальные источники сообщают, что отставка не планируется. И это понятно: у нас не увольняют под давлением общественности или обстоятельств, сколь угодно скандальных. Это мастерят потом, в штатном режиме, в ходе дальнейшей оптимизации аппарата – «по моему хотению».

Если смотреть к культуре поверхностно, как к сфере развлечений, можно понять, почему число интересных историй, связанных с Минкультом, превышает среднее число дебошей в других ведомствах. Если же смотреть глубже, проступают не сразу видные, но системные связи и закономерности.

«История русской культуры, – писал о. Георгий Фроловский, – вся она в перебоях, в приступах, в отречениях или увлечениях, в разочарованиях, предательствах, разрывах». Эти отречения и разрывы ткани времени характерны для функционирования цельных институтов, ведомств и отдельных официальных лиц. Забегания вперед чередуются тут с отставаниями и срывами сроков, производя впечатление судорожной чехарды.

Салават Щербаков, автор монумента князю Владимиру, объясняет перенос открытия монумента на осень попросту: «Не успеваем». Но похоже, все еще проще: в ЮНЕСКО призвали власти России ничего не возводить до обсуждения проблемы Всемирным комитетом организации в июле. Эта зона относится к памятникам всемирного значения и законом (в том числе нашими международными обязательствами) защищена от деформирующих вмешательств. Тем не немного работы на Боровицкой ведутся – вероятно, под согласование задним числом.

Тут все делается через заднее число, включая выяснение отношений с МИДом и ЮНЕСКО. Принцип здешних Наполеонов: главное – начать осваивать средства, а там посмотрим! Решение об установке монумента на Ленинских горах принималось до обсуждения, экспертизы и согласования проекта. Сейчас всем повествуют про опасность оползня, хотя, возможно, сильнее сработал протест МГУ и обитателей района против уродования местности. Это замалчивают во избежание опасных параллелей: увечить смотровую площадку этим изваянием нельзя, а панораму Кремля и Пашкова дома – можно. Там это противоречит закону об охране ландшафта и ансамбля – тут не противоречит. Там был концентрированный протест – здесь не оказалось заинтересованных соседей. Опросы «москвичей» в интернете и без самостоятельного контроля не вызывают никакого доверия.

События все время следуют в возвратном порядке, будто в перемотке ленты. Вот всеми, включая Российское военно-историческое общество (РВИО), сознается риск сползания 300-тонного памятника в реку. Но до этого городская дума принимает ответственное решение, РВИО беззаветно бьётся за проект, на голубом глазу доказывая его безопасность, на Воробьевых горах выходят стычки противников установки памятника с православными активистами и «Ночными волками»… За что бились?

Далее обратная перспектива открывается в будущее. Летом 2015 г. уже после несогласия от размещения памятника на смотровой площадке оказывается, что ее все равно собираются укреплять… под установку 300-тонного монумента, заключая госконтракты на сумму возле 500 млн руб. Инженерные изыскания планируется провести… после укрепления ската и повторного благоустройства площадки, которую… уже обновили в 2014 г., в том числе «интерактивной плиткой», природно – демонтированной. Машина времени, печатающая деньги.

Если вдуматься, с «панфиловцами» та же проблема. Люд кидаются делать кино, не соотнесясь с источниками и не поработав с историками, на резерве школьных знаний с истекшим сроком давности. Потом начинается война с дискредитирующими проект вновь открывшимися обстоятельствами. В итоге все перерастает в конфликт государственных служб и фундаментальных идей о соотношении исторического факта и мифа. С неминуемым интеллектуальным и моральным поражением идеологии мифа, но с сомнительным и очень преходящим преимуществом в аппаратной возне.

Проблема всех этих эпизодов одна: натянутая искусственность. Сон рассудка, результат задумчивости пустой головы и души в меланхолическом рассуждении, что бы такое отснять и возвести ввиду возможности освоить контролируемый ресурс. Нищета думы и чувства при деньгах порождает нелепые анахронизмы, закономерно обрастающие дебошами. Теперь придется объяснять, почему для реинкарнации военных эпизодов избрали один из самых проблемных исторически. Точно так же рано или поздно придется объяснять, отчего некое РВИО вдруг сподобилось исправлять вековую ошибку истории итого государства Российского и увековечивать фигуру, о которой все всегда всё знали, соображая ее неоднозначность.

Реинкарнация истории при полном неуважении к ней, к предшественникам, которые эту историю мастерили, увековечивали и тоже уважали. Типичная точечная застройка: лишь бы вколоть любимый объект куда-нибудь, без учета исторического и морального, культурного и пространственного контекста. Тут даже не задумались о том, почему Лев Руднев поставил рядом с МГУ «микроскопического» Ломоносова, а не размахивающую дланями многоэтажную орясину. Это – о качестве конкурса, точнее, его имитации. Теперь «куклу» треплют по городу и механически уменьшают с 25 до 12 м, хотя ЮНЕСКО уже огласило предел в 8 м. При этом пожертвовать постаментом нельзя: там многофигурные рельефы, а значит, «смета». В итоге фигуры не достанет, чтобы удержать пространство. Но городские катастрофы определяются не размерами изделия, а масштабами уродства.

Это и политическая проблема: у нас будет собственный князь, но маленький. Киевский Владимир в целом составляет 20,4 м, к тому же там Клодт и Тон…

В экономической политике сейчас куда больше культуры. Там Улюкаев не тычет пальцем, кому, что и как производить. Силуанов и Набиуллина тоже не мешаются в авантюры со своими карманными финансово-экономическими обществами. Здесь же вовсю трудится «прачечная прачечной». Будущим искусствоведам придется разбираться не в стиле, а в генеалогии, в родственных связях художников и чиновников министерства, распределяющих заказы. В итоге кушать риск обрести нового президента академии, и тогда Церетели покажется нам Донателло.

Основная же беда в том, что этот кинематограф «Красной звезды» и лепнина на уровне курсовой третьего года обучения на тему «скульптура в городе» – все это на столетия останется позорными символами нашего времени. Оно другого не заслужило, но город плачевно.

Автор – руководитель Центра исследований идеологических процессов

Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *