Нефть – ключевой фактор сближения России с Азербайджаном

0

Нефть – ключевой фактор сближения России с Азербайджаном

Нередко можно услышать, что Ближний Восток – самый сложный регион современного мира, но Южный Кавказ, определенно, не согласился бы с этим утверждением. Недавние военные события в Нагорном Карабахе и прилегающих зонах еще больше усложнили ситуацию, расширив территориальные владения Азербайджана. А создание российского миротворческого батальона и его размещение на черты соприкосновения фактически увековечили эти завоевания.

Политические события неизбежно привели к изменениям, связанным с энергетической сферой, и одним из основных новых явлений после 2020 года может стать гораздо более тесная энергетическая связь между Россией и Азербайджаном. В первоначальный  раз за многие месяцы Азербайджан сейчас может начать активно взаимодействовать с российским «старшим братом». Оглядываясь назад, можно произнести, что в лучшем случае российско-азербайджанские энергетические отношения характеризовались как «проблематичные». Хотя большая часть добывающих мощностей Азербайджана была итогом совместных усилий советского периода по освоению Каспийского шельфа, администрация Алиева не замедлила пригласить как можно вяще крупных западных компаний в свой флагманский «проект века» – разработку группы месторождений Азери-Чираг-Гюнешли (АЧГ).

Россия пыталась пробраться в этот азербайджанский шельфовый проект, но единственное, что она смогла получить – это то, что ЛУКОЙЛ купил долю и стал одним из акционеров АЧГ, вероятно, благодаря тому, что основным владельцем и генеральным директором компании является этнический азербайджанец Вагит Алекперов. Несмотря на существование Трансанатолийского и Трансадриатического трубопроводов, нагорно-карабахская брань нынешнего года все изменила.

Военная победа Азербайджана, в немалой степени обусловленная поддержкой Турции, опиралась на интернациональное признание границ, которое должно было быть окончательно оформлено. Именно это и было реализовано трехсторонним договоренностью между Москвой, Ереваном и Баку, и западные страны присоединились к нему, обеспечив дополнительное признание. По стечению обстоятельств, все это выходит в тот момент, когда два американских энергетических гиганта намерены покинуть Азербайджан. Компания Chevron уже ушла, а ExxonMobil в сегодняшнее время ищет подходящего покупателя для своей доли акций. Если оба крупных американских концерна уйдут, британская BP останется один-единственным нефтяным титаном, разрабатывающим месторождения АЧГ и эксплуатирующим трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан. Российские компании, и прежде всего ЛУКОЙЛ, какой практически контролирует российскую часть Каспия, бурлят от возбуждения.

Несколько последних событий указывают на то, что энергетические пути России и Азербайджана, некогда прямых конкурентов, действительно сходятся. Пожалуй, неудивительно, что именно ЛУКОЙЛу досталась в этом основная роль. Генеральный директор компании Вагит Алекперов – этнический азербайджанец, родился в Баку в семье нефтяников, обучался в Азербайджанском государственном нефтяном университете и работал буровым мастером на морском месторождении, поэтому у ЛУКОЙЛа, вероятно, есть «природная склонность» к активности в Азербайджане. Первая попытка проникновения российской компании на азербайджанский рынок состоялась в 1997 году, когда ЛУКОЙЛу удалось заключить договоренность о разделе продукции на морском блоке Д-222 (Ялама). Возможно, из-за относительной удаленности от основных месторождений обе разведочные скважины на Яламе показали присутствие только некоммерческих объемов углеводородов.

В начале 2019 года российская компания объявила о намерении купить 20 процентов шельфового месторождения «Абшерон», какое прежде рекламировалось как естественный преемник «Шахдениза». Изначально «Абшерон» разрабатывался под французским управлением, причем компании Total  относилось 40 процентов, ENGIE – 20 процентов,  а остальное – Азербайджанской государственной компании SOCAR. ENGIE довольно скоро отступилась, получив первые результаты бурения – нефтегазоносные пласты песчаника «Абшерона» залегают на глубине 6 тысяч метров (при этом глубина воды – 500 метров), и потому это месторождение требует гораздо более сложных технологических решений, чем более податливый «Шахдениз».  Начальные разведанные резервы «Абшерона» оценивались в 350 миллиардов кубометров, однако на первом этапе можно было рассчитывать только на 1,5 биллиона кубометров в год (и при этом весь объем добычи предполагалось использовать на внутреннем рынке), и лишь вторая фаза должна была позволить вывозить часть газа по трубопроводам.

Итак, следующий шаг будет состоять в том, что ЛУКОЙЛ и SOCAR начнут новый проект с нуля. В январе 2020 года две компании подмахнули меморандум о взаимопонимании по двум морским блокам. Один из них включает мелководные месторождения «Гошадаш» и «Прикаспийская губа» к норду от Апшеронского полуострова, а второй – Нахчыванское нефтегазовое месторождение. Оба месторождения были открыты в шестидесятые годы и уже прошли экспертизу интернациональных партнеров SOCAR – компаний Petronas и ExxonMobil. Особый интерес представляет Нахчыванское месторождение, расположенное к юго-западу от «Шахдениза», поскольку предыдущие бурения подтвердили присутствие следов нефти, хотя оно было сочтено слишком сложным для разработки с геологической точки зрения.

Сколь стремительными ни представлялись бы события 2019-2020 годов, ближайшие месяцы могут принести новости о дальнейшем проникновении России в азербайджанскую нефтедобывающую индустрию. ЛУКОЙЛ сформулировал заинтересованность в присоединении к проекту «Умид-Бабек», пожалуй, самому амбициозному в Азербайджане. Эти месторождения, расположенные в 45 километрах от «Шахдениза», являются «заключительными из могикан» советской морской геологоразведки, впервые оцененными в пятидесятые-шестидесятые годы. Предполагаемые запасы Умид-Бабека составляют возле 560 миллиардов кубометров газа плюс почти миллиард баррелей конденсата. Компания SOCAR инициировала тестовую добычу на Умид-Бабеке при поддержке Nobel Upstream (20%), однако не смогла добиться существенного прогресса и продолжает отодвигать сроки ввода в эксплуатацию. Основная причина отставания кроется в высоких издержках добычи – продуктивные пласты залегают на  глубине не менее 6 километров.

Что все это значит для российских нефтяных заинтересованностей в Азербайджане? Явное нежелание Москвы принимать чью-либо сторону в армяно-азербайджанском конфликте и гарантии новых границ Азербайджана с поддержкой миротворческих сил обеспечили материальные выгоды главному российскому производителю, имеющему интересы на Каспии, – ЛУКОЙЛу. Участие России по-прежнему обращается вокруг рискованных проектов, но теперь риск значительно меньше, чем прежде со всеми пограничными активами. Хотя нет никакой гарантии, что ЛУКОЙЛ приобретёт значительную долю в азербайджанской нефтедобывающей индустрии, политический нарратив, лежащий в основе очевидного сближения Москвы и Баку, судя по всему, будет этому мощно способствовать.

Поделиться…
Share on VKTweet about this on TwitterShare on Facebook0



Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *