Операция «Приватизация»

0

Тема приватизации становится все немало интригующей. Причем вопрос этот, конечно, не фискальный. Да и не в улучшении управления собственностью дело – в крышке концов есть хорошо управляемые госкомпании и плохо управляемые частные.

Основная функция приватизации – укрепление ресурсной базы ведущих номенклатурных кланов. Я уже писал, что новая приватизация могла бы стать частью проекта национализации элиты. Тут нет никакого противоречия – работающая элита поддерживает политику Владимира Путина возвращением в страну капиталов и семейств, а взамен получает возможность участия в последней, по всей видимости, «большенный приватизации».

С этим согласны многие в политическом классе, где на самом деле реальных противников приватизации утилитарны нет. Есть неуверенные в том, что приватизация пойдет по их сценарию. Отсюда и сопротивление Игоря Сечина приватизации «Роснефти», и фразы Алексея Кудрина о несвоевременности торговли госактивов. Если бы Кудрин снова был в правительстве, он наверняка говорил бы по-другому.

Основной риск – усиление межклановых войн, что генерирует основные риски для политической системы. Даже тонкие кейсы показывают, какие копья тут будут ломаться. Возьмите локальную историю с приватизацией Вологодского молочного завода – это не нефтяная компания, а война велась с участием топ-чиновников нашего правительства. И это аппаратные войны еще без использования медийного ресурса. Если учесть, что многие наши медиа являются целиком или частично частными (даже с прогосударственной позицией), то возможность их применения для решения собственных бизнес-задач совладельцев остается. В таком раскладе повторения истории со «Связьинвестом» исключать невозможно.

Как будет снят этот риск, пока не ясно. Только в этом и вина пробуксовки приватизации. Собственность надо распределить так, чтобы не было браней сейчас и чтобы она не была перераспределена в будущем. Тут могут быть различные стратегии. Например, можно несколько раз передавать актив от владельца к обладателю. При приватизации его покупает временный хранитель – эдакая «шкатулка», из которой актив после без лишнего шума кочует дальше. Классическая история – судьба Южно-Тамбейского месторождения, какое легко в основу проекта «Ямал СПГ». Контроль над ним сначала получил Николай Богачев, после контроль перешел к Алишеру Усманову и его партнерам, потом к компаниям, ближним к Газпромбанку, наконец, сегодня это актив «Новатэка». Который уже успел 20% реализовать Totаl, а 29,9% – китайским инвесторам (сделку по 9,9% закрыли лишь что). А историю уже никто и не помнит. Нерезиденты, кстати, – это еще один способ. Как миноритарии, они сообщают легитимность приватизации. Скажем, интересны только что объявленные сделки с индийскими компаниями. Они намерены приобрести в том числе пакет акций в «Таас-Юрях нефтегазодобыче», принадлежащей «Роснефти», но где кушать миноритарии в лице BP. Она же крупный акционер самой «Роснефти». Где вполне могут показаться и индусы, отработав взаимодействие с «Роснефтью» и ВР. При этом понятно, что контрольные пакеты никто нерезидентам не реализует.

Автор – генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности

Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *