Почему состояние Филарета Гальчева рухнуло с $5,6 млрд до $305 млн

0

Про взаимоотношения основного владельца и председателя совета директоров «Евроцемент груп» Филарета Гальчева с банкирами ходит вот такая история. Его не очутилось на одном из кредитных комитетов Сбербанка во время обсуждения долгов «Евроцемента». Бизнесмен желал полететь в космос и проходил обучение в Центре подготовки космонавтов. Президент Сбербанка Герман Греф якобы тут же позвонил главам Роскосмоса с просьбой оставить Гальчева на Земле, потому что «у него тут немало проблем». Представитель Сбербанка не подтвердил факт звонка Грефа в Роскосмос. Его коллега из Середины подготовки космонавтов комментировать это не стал. «Я слышал, что кредиторы обращались по предлогу Гальчева, но не поручусь, что сам Греф звонил», – рассказал сотрудник середины. По словам другого сотрудника, Гальчев действительно проходил подготовку, но сейчас в списке космических туристов не значится.

Как бы то ни было, разрешить проблему со Сбербанком удалось: кредит реструктурирован на выгодных условиях. Но это половина от всеобщей задолженности компании.

Ровно 11 лет назад, консолидировав цементные заводы в центральной доли России, Гальчев планировал захватить лидерство на мировом рынке и, представлялось, шел по верному пути. «Евроцемент груп» вошла в топ-10 мировых производителей (без учета Китая), а сам он сделался акционером крупнейшей в мире цементной компании LafargeHolcim. Но всего за 1,5 года он утерял большую часть своего состояния: если в середине 2014 г. Bloomberg Billionaires Index оценивал его в $5,6 млрд, то сейчас – в $305 млн. Отчего?

Большие надежды

История бизнесмена Гальчева началась в 1996 г., когда он совместно с Георгием Краснянским создал «Росуглесбыт», вскоре ставший одним из ведущих угольных трейдеров края. В 2000 г. Гальчев вместе с бывшим министром топлива и энергетики Сергеем Генераловым участвовал в приватизации Красноярской угольной компании. Она в то пора казалась банкротом: 1 т угля продавалась за 34 руб. при себестоимости 42 руб., пролетарии не получали зарплату восемь месяцев, задолженность перед бюджетами всех степеней составляла около 5 млрд руб. «Уже на второй месяц мы погасили долги по зарплате, в 2001 г. уплатили 1,8 млрд руб. налогов, увеличили объем производства с 28 млн до 37 млн т», – хвалился Гальчев «Ведомостям».

Сквозь два года Гальчев продал долю в «Красугле» группе МДМ и тут же, воспользовавшись конфликтом между акционерами, приобрел акции «Штерн-цемента», владевшего тогда четырьмя цементными заводами. «В 2002 г. 1 т цемента в России стоила $30, а в Европе – 60–70 евро. Гальчев видал в этой отрасли большой потенциал», – объясняет интерес бывшего угольного магната к цементной области его знакомый.

Только в ней надо было навести порядок. «Штерн-цемент», по словам Гальчева, владел в любом из четырех заводов миноритарными пакетами, остальные числились на офшорах. Сами заводы были «убиты», выручка называлась прибылью, налоги не платились, всю наличность носили в чемоданах. «Никому и не грезилось, сколько грязи было вокруг этих заводов», – вспоминал Гальчев. Впрочем, основатель «Штерн-цемента» Владимир Штернфельд опровергал эту информацию. Так же, как и наименованную Гальчевым сумму сделки – $100 млн. Бывшие коллеги владельца «Евроцемента» находят, что она составляла около $50 млн. Позднее Гальчев докупил еще три завода, и в 2004 г. его цементный холдинг изготавливал уже 9,6 млн т продукции.

В 2005 г. бизнесмен заключил главную сделку своей существования. Он приобрел у «Интеко» супруги тогдашнего мэра Москвы Юрия Лужкова Елены Батуриной семь цементных заводов, произведших за предшествующий год 7,5 млн т продукции, и стал безоговорочным лидером отрасли.

Для рынка сделка сделалась неожиданностью. Более того, в инвестиционном меморандуме «Интеко» на 2005 г. ставилась мишень – стать вровень с «Евроцементом». Но гонка обходилась дорого: две крупнейшие цементные компании конкурировали прежде итого в цене, поэтому она в течение нескольких лет не поднималась, заводы работали на минимальной рентабельности и это ограничивало развитие базара, вспоминает один из участников сделки. «Было понятно, что нужно консолидироваться», – добавляет он. Выйти из войны решила Батурина, но Гальчеву это обошлось недешево. Сумма сделки составила $850 млн.

Сделку «Евроцемента» с «Интеко» целиком финансировал Сбербанк. Гальчев вообще предпочитал развиваться на кредитные денежки. На вопрос «Ведомостей», откуда он возьмет средства для реализации своих масштабных планов, бизнесмен отвечал: «У меня неплохая кредитная история».

В декабре 2005 г. Гальчев купил «Кавказцемент» у зятя бывшего главы Карачаево-Черкесии Али Каитова. Батурина ранее отказалась от этой сделки. Каитов был взят в октябре 2004 г. после того, как на его даче под Черкесском было уложено семь представителей Химобъединения им. Цахилова во главе с депутатом республиканского парламента Расулом Богатыревым. Запоздалее их обгоревшие трупы найдут в одной из шахт «Кавказцемента». Одно из основных совершенств Гальчева – умение рисковать, идти ва-банк, считает один из его конкурентов.

Золотой век цемента

2005–2007 годы сделались золотым веком для цементной отрасли России: строительный бум поднял стоимости и крупнейшие бизнесмены страны, воодушевленные в числе прочего и примером Гальчева, кинулись инвестировать в этот бизнес. Сам Гальчев тогда видел будущее в розовом свете. «Мировая компания № 1 Lafarge стоит $42 млрд и изготавливает 110 млн т. Достигнем таких показателей – будем стоить столько же», – объяснял он в интервью «Ведомостям» в 2006 г.

Вырвавшись в лидеры цементной области, «Евроцемент груп» повела себя жестко: компания отказалась отпускать продукцию без предоплаты, а еще сквозь месяц объявила о повышении цен. Если в апреле 2005 г. цемент стоил 1150 руб. за 1 т, то в мае – уже 2000–2100 руб. А летом стоимости на цемент в отдельных регионах доходили до 4000–5000 руб. за 1 т. Производитель обосновал повышение цен ростом тарифов на газ и электричество и нуждой модернизировать заводы. «Сейчас износ мощностей – 80%, а заводам от 45 до 100 лет. Что после будет с этими заводами? <…> Если мы снизим цены, все цементные заводы помрут», – объяснял Гальчев. Строители же решили, что Гальчев пытается за их счет отколоть затраты на покупку заводов, подсчитали убытки и пожаловались в Федеральную антимонопольную службу (ФАС). В крышке 2005 г. ФАС признала «Евроцемент груп» нарушителем антимонопольного закона и наказала штрафом в 1,9 млрд руб. Истина, после нескольких месяцев судебных разбирательств ФАС согласилась уменьшить штраф немало чем в 7 раз и разрешила «Евроцементу» повышать цены.

До крышки 2006 г. Гальчев купил по заводу в Узбекистане и на Украине. Его империя заключалась уже из 16 предприятий общей мощностью 35 млн т (из них на российские мощности «Евроцемента» доводилось 29,6 млн т, при том что общие мощности в стране составляли 68 млн т), а сам холдинг сделался восьмым среди крупнейших мировых производителей цемента.

Гальчев обещал вложить в развитие цементной области России фантастические $6 млрд, увеличив годовой объем производства в краю более чем на 9 млн т. Хотя чистую прибыль и даже консолидированную выручку «Евроцемент» никогда не раскрывал, доходы его предприятий позволяли сообщать о таких инвестициях: при себестоимости в 900–1000 руб. они продавали цемент в среднем по 2500 руб. за 1 т.

Стоимость ошибки

Именно повышение цен стало основной ошибкой Гальчева, находят эксперты и конкуренты. После этого на российский рынок хлынул иноземный цемент, который теперь был сопоставим по стоимости с продукцией «Евроцемента». В 2008 г. надобность в импорте оценивалась в 5 млн т, тогда как реальный объем ввоза цемента составил распорядка 9 млн т, вспоминает один из производителей. Кроме того, высокая рентабельность бизнеса привлекла в область новых инвесторов: заводы стали строить не только профильные игроки, но и металлурги Олег Дерипаска и Лев Кветной, созидатель группы ЛСР Андрей Молчанов, бизнесмен Алишер Усманов. «Гальчев сделал большенное дело – консолидировал рынок, повысил качество цемента, стремится к прозрачности касательств», – объясняет Молчанов. Он признает, что именно высокие цены на цемент, какого для ЛСР нужно было 1 млн т в год, сподвигли его на строительство цементного завода. «Когда мы начинали строить, стоимость за 1 т достигала $200. Но мировой опыт показывает, что игроки на этом базаре не владеют отдельными заводами», – объясняет он сейчас. В конце 2014 г. Молчанов реализовал «ЛСР-цемент» Гальчеву примерно за 18 млрд руб. без учета долга перед ВЭБом, перебежавшего к покупателю.

Непростые партнеры

Гальчеву пришлось порядком потратиться и на улаживание конфликтов с партнерами. В 2009 г. он уплатил около $150 млн Millhouse Романа Абрамовича. Millhouse стала партнером Гальчева в ОАО «Евроцемент» в крышке 2006 г., купив пакет фонда Russia Partners, который немало лет до этого конфликтовал с Гальчевым. Russia Partners вложил деньги в «Штерн-цемент» еще в 1996 г., но Гальчев не желал выкупать их долю. Фонд блокировал несколько решений ОАО «Евроцемент» по допэмиссиям, в ответ основные обладатели перестали давать фонду информацию о компании. В 2004 г. начались судебные процессы – вначале в Москве, потом на Кипре и в Англии. В 2005 г. фонд обратился за поддержкой к «Альфа-групп», но и ей не удалось найти общий язык с Гальчевым. У Краснянского 23,8% «Евроцемента» Гальчев приобрел примерно за $1 млрд. Сделка тоже была непростой. Краснянский условился с Гальчевым о продаже доли в мае 2007 г., по условиям сделки покупатель должен был в течение пяти лет перечислять компании Краснянского GLK Investments по $200 млн. Однако все ограничилось выплатой $400 млн, в 2009 г. платежи закончились. Тогда Краснянский реализовал права требования бизнесмену Павлу Кротову, который оказался доверенным ликом депутата Госдумы Адама Делимханова. Чтобы найти общий стиль с Кротовым, Гальчеву пришлось обращаться за помощью к Керимову, которому, как уверяли несколько ключей «Ведомостей», Гальчев передал крупный пакет «Евроцемента», а потом выкупил его назад. В 2010 г. Кротов и Гальчев объявили о реструктуризации задолженности.

СвернутьПрочесть полный текст

В итоге, по подсчетам самого «Евроцемента», с 2008 г. в России было инвестировано возле $10 млрд в создание 31 млн т новых мощностей цементных заводов, после чего совокупные производственные мощности по цементу вытянулись на 40% примерно до 103 млн т в год.

Но среди лидеров модернизации структур Гальчева нет.

В рейтинге инвестиционной активности на российском базаре цемента, составленном консалтинговой компанией «СМ-Про», «Евроцемент груп» есть на восьмой строчке: Гальчев построил за 11 лет всего одну технологическую черту – «Подгоренский цементник» в Воронеже на 2,2 млн т. Для сравнения: лидер по инвестициям LafargeHolcim выстроил две линии на 3,8 млн т, достраивает еще одну на 1,5 млн т. Находящийся на 2-м месте «Газметаллпроект» Кветного целиком модернизирует «Новоросцемент»: его первая линия мощностью 2,2 млн т была запущена в 2014 г., прочие две на 2,9 млн т должны быть открыты в 2018 г.

Теперь «Евроцемент» вырван сокращать мощности: он закрыл Савинский цемзавод (мощность – 1,2 млн т), сокращает персонал на «Жигулевских стройматериалах» (1,7 млн т) и Белгородском цемзаводе. «Пикалевский цемент» – доля Пикалевского производственного комплекса, в ситуации в котором семь лет назад ездил разбираться президент Владимир Путин, – сейчас переведен на двухчасовой пролетарий день, его персонал сокращен вдвое. Почему «Евроцемент», лидер области, оказался среди аутсайдеров по инвестициям?

Дорогие амбиции

Деньги у «Евроцемента» были. EBITDA «Евроцемент груп» в 2006 г. составляла $600–700 млн, в 2007 г. – уже $1,7 млрд, повествует близкий к компании человек. Но Гальчев, желающий стать крупнейшим производителем цемента в вселенной, решил собрать блокпакет мирового лидера отрасли – компании Holcim. Для этого оружий компании не хватало, вновь требовались кредиты. Его партнер по бизнесу Георгий Краснянский, владевший блокпакетом «Евроцемента», эту идею не одобрял, повествует знакомый бизнесменов. Краснянский настаивал на модернизации заводов и строительстве новоиспеченных, Гальчев считал, что нужно приобретать активы, рассказывает один из их известных. В 2006 г. в «Евроцемент груп» была запущена опционная программа, размывшая часть Краснянского: менеджеры компании получили 4,8% акций, в том числе президент компании Михаил Скороход – 1,5%. Пакет Краснянского сократился до 23,8%.

В 2008 г. компания Гальчева Eurocement Holding AG, зарегистрированная в Цюрихе, известила, что скупила на рынке 6,52% акций Holcim, а в 2011 г. эта доля возросла до 10,11%. Пакет мог обойтись примерно в $2,3 млрд.

Другие совладельцы Holcim Гальчеву были не рады. FT писала, что у российского бизнесмена «ледяные» отношения с крупнейшими акционерами Holcim, семьей Шмидхайни, враждебно принимавшей попытки Гальчева нарастить часть в компании. С июля 2013 г. Holcim начала вести переговоры о слиянии с иным крупнейшим производителем цемента – Lafarge. Сделка нравилась семье Шмидхайни еще и потому, что размывала часть Гальчева, писала FT. По итогам слияния Гальчев получил в новом цементном гиганте LafargeHolcim 6,12%.

В 2008 г. грянул кризис и с тех пор базар так и не восстановился, вспоминает гендиректор компании «СМ-Про» Владимир Гузь. За 2015 г. потребление цемента сократилось на 12% до 62 млн т – из-за этого большинство заводов загружено на 60%. Долларовая стоимость цемента упала более чем в 3 раза: со $178 за 1 т до $55, продолжает Гузь. «Рентабельность в цементной области сейчас на грани: в течение нескольких лет цены после падения в 2008 г. топтались на пункте, в то время как себестоимость неуклонно росла, растет и расти будет – повышаются тарифы на энергоносители, транспортирования и т. д.», – соглашается гендиректор холдинга «Базэлцемент» Вячеслав Шматов.

Гальчев продолжает лидировать по производству: у «Евроцемента» сейчас 19 цементных заводов в России, на Украине и в Узбекистане, а также заводы по производству бетона, ЖБИ, карьеры по добыче нерудных материалов. Однако лишь пять его заводов («ЛСР-цемент», «Подгоренский цементник», «Мордовцемент», Сенгилеевский цементный завод и «Невьянский цементник») можно отнести к нынешним, работающим по так называемому сухому способу производства. В среднем себестоимость производства цемента у «Евроцемента» оценивается в 1800 руб. (без управленческих и инвестиционных затрат). Себестоимость производства цемента сухим способом на нынешних заводах конкурентов на 20–30% ниже, говорит Гузь. По подсчетам «СМ-Про», на любую тонну проданного цемента – по цене около 2900 руб. – ложится добавочно не менее 900 руб. процентов по кредитам и еще около 800 руб. затрат на реализацию. Получается, что финальная себестоимость любой тонны для «Евроцемента» составляет 3500 руб., т. е. на ее продаже группа теряет по 600 руб., находят эксперты «СМ-Про».

В цементном бизнесе «Евроцемент» сегодня является скорее аутсайдером и уступает иным лидерам рынка по себестоимости, рентабельности, загрузке мощностей, динамике развития и степени модернизации, убежден один из конкурентов Гальчева. К этому нужно добавить особый манера управления, характеризующийся высокой зависимостью от позиции владельца компании, и ее «семейный» нрав: среди топ-менеджеров компании много родственников Гальчева – например, вице-президент по безопасности Кузьма Григориадис и вице-президент Ромео Гальчев, добавляет собеседник «Ведомостей». Промахом стала недооценка инвестиционного потенциала отрасли, приведшая к появлению конкурентов на домашних базарах «Евроцемента», продолжает он.

Кредиты задавили

За проблемами с эффективностью предсказуемо последовали проблемы с кредитами. Совокупные длинны российских юрлиц «Евроцемент груп» превышают 150 млрд руб., высчитала «СМ-Про». Сотрудники банков – кредиторов Гальчева говорят, что общий объем долгов бизнесмена достигает 300 млрд руб. Лишь половина из них – $2–2,5 млрд – приходится на Сбербанк. По данным «СПАРК-Интерфакса», вящая часть заводов «Евроцемент груп» заложена в Сбербанке. В конце прошедшего года компания реструктурировала задолженность перед Сбербанком: в 2016–2017 гг. «Евроцемент» тушит только половину процентов (остальные капитализируются к сумме долга), а в 2018 г. начинает погашать тело кредита. Представитель «Сбербанк CIB» отказался от комментариев.

У Гальчева неплохие отношения с Грефом, уверяет знакомый владельца «Евроцемента». Редко кому удается на таких условиях реструктурировать проблемную хвост, продолжает собеседник «Ведомостей». Помимо Сбербанка у «Евроцемента» долги перед ВТБ и «Юникредит банком». По различным данным, первому банку группа должна около $500 млн, второму – $200 млн. Пресс-служба ВТБ именует «Евроцемент груп» добросовестным заемщиком, в «Юникредит банке» не стали комментировать взаимоотношения с заемщиком.

В конце января 2016 г. Eurocement Holding AG вынуждена была реализовать «Сбербанк CIB» по сделке репо 6,12% акций LafargeHolcim из-за нужды увеличить обеспечение по кредиту Bank of America Merrill Lynch, предоставленному Eurocement. Уже в начине февраля Сбербанк объявил маржин-колл по этому кредиту и продал акции образцово за $1,5 млрд, тогда как на момент сделки репо пакет оценивался в $1,6 млрд. Учитывая, что стоимость акций LafargeHolcim упала более чем на 40% за последние полгода, итого на сделке Гальчев мог потерять порядка $700 млн, подсчитал Гузь.

С украинскими заводами «Евроцемента» тоже все сложно. Ранее они работали на клинкере, вывозимом из России, а сейчас стоят, говорит известный Гальчева.

Планы на будущее

Самый простой выход из кризиса для Гальчева – попытаться монополизировать базар, опасается один из его конкурентов. И не зря. Гальчев в январе обратился к руководителю ФАС Игорю Артемьеву с предложением повысить стоимость железнодорожных перевозок цемента на расстояние свыше 720 км в 5 раз. Обосновывает он свою идею неэффективностью использования железнодорожной инфраструктуры: сейчас цемент везут на дистанция больше 2000 км, что мешает местным игрокам, рассказали несколько человек, сведущих о содержании обращения.

«Речь в данном случае идет не о поддержке области, а о поддержке конкретного игрока. От подобной тарификации выигрывают заводы «Евроцемент груп». Будут созданы региональные монополии, куда иные игроки пройти не смогут», – уверен гендиректор «Базэлцемент-Пикалево» Максим Волков. В таком случае для потребителей, так, в Апатитах, куда «Базэлцемент» возит продукцию за 1126 км, цемент подорожает немало чем на 50%, указывает Волков. В регионах с низким производством цемента рост цен на него существенно повысит стоимость строительства, а в регионах с избыточными объемами рентабельность производителей цемента гораздо снизится, что приведет к закрытию производства, сокращению рабочих мест и увольнению персонала, находит представитель «Металлоинвеста» (50% в нем принадлежит Усманову). Особенно это критично для моногородов, помечает он. К ним, например, относится Новотроицк, где принадлежащий Усманову производитель цемента – ООО «Южно-Уральская горно-перерабатывающая компания» – является одной из альтернатив градообразующей «Уральской сделались» (входит в «Металлоинвест»). «Локализация рынка в связи с ростом логистических расходов повергнет к региональному монополизму и, как следствие, к росту цен на цемент», – резюмирует представитель «Металлоинвеста».

ФАС отвергла предложение «Евроцемента», известил представитель службы: «Оно ограничивает конкуренцию – видим риски и минусы, а преимущества не столь очевидны». Предложение «Евроцемент груп» заключается в том, чтобы сделать цемент региональным продуктом, а это поменяет конфигурацию на базаре: например, у «Евроцемента» в ЦФО доля превысит 50%, продолжает он. Кроме того, ФАС ранее увязывала сделки «Евроцемента» по приобретению конкурентов при условии, что рынок очень высококонкурентен. Если Гальчев продолжит настаивать и лоббировать идеи о локализации базаров, то это будет трактоваться как попытка монополизации и государство может пересмотреть свои решения по похвале недавних приобретений бизнесмена, уверяет федеральный чиновник.

Несмотря на стратегические промахи, в целом Гальчев еще движется к достижению главной цели, считает Гузь. Компания вырвана продолжать экспансию, иначе она утратит доминирующее положение на всех региональных базарах. «Если объем рынка не просядет ниже 45–50 млн т при пассивной позиции иных производителей и лояльности банкиров, «Евроцемент» сможет продержаться. С другой сторонки, если текущая ситуация продлится 3–5 лет, Гальчев может утратить контроль над бизнесом», – находит Гузь.

«Основное потребление цемента – жилищное строительство. Поэтому спрос будет повышаться тогда, когда реальные доходы народонаселения снова начнут расти, а ипотечные ставки – снижаться. Пока же эти черты идут совершенно наоборот и, как ножницы, режут рынок. В этом году емкость базара скорее всего будет снижаться, а конкуренция, соответственно, станет жестче», – находит Шматов из «Базэлцемента».

Представитель «Евроцемент груп» отказался отвечать на проблемы «Ведомостей».

Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *