После коронакризиса Россию ожидает десятилетие стагнации с ростом ВВП на уровни 1,5 процента

ЭКОНОМИКА И ФИНАНСЫ

В недавно опубликованной статье главного экономиста Института стран с переходной экономикой Банка Финляндии (BOFIT) Иикки Корхонена рассматривается долгосрочный потенциал роста российской экономики, и перспективы вырисовываются откровенно плохие. Если Кремль не сможет изменить механизм функционирования национальной экономики, она будет стагнировать на протяжении ближайшего десятилетия, а возможно и дольше.
Экономика России оправилась от последствий коронакризиса быстрее и мощнее, чем кто-либо из наблюдателей мог ожидать. Правительство истратило всего 3 процента ВВП на меры стимулирования, что значительно меньше по сравнению с аналогичными программами других правительств, однако рецессия в России (сокращение объема экономики  на  3 процента в 2020 году) была более мягкой, чем в большинстве крупных стран мира.
Экономисты предполагают, что причина в следующем: пандемия нанесла ущерб прежде всего индустрии услуг, а в России эта отрасль является относительно слаборазвитой, что делает экономику несколько более устойчивой. Еще одним фактором, способствовавшим быстрому отскоку, стало то, что после первоначального карантина в апреле прошлого года власти не стали вводить аналогичных мер изоляции, когда в конце лета началась вторая волна пандемии, и это также помогло восстановить работу экономики. Сейчас по России идет третья волна, и главная цель правительственной стратегии нынешним летом – убедить, уговорить или даже заставить население пройти вакцинацию.
Ожидается, что в этом году российская экономика вырастет примерно на 4 процента, но все эксперты согласны с тем, что в 2022 году рост замедлится, и дальше, по мере ослабления эффекта отскока, эта закономерность укрепится.
Официальные оценки перспектив роста на этот год составляют примерно 3 процента, после чего ожидается его замедление до 2,5 процента в 2022 году, а затем снова рост до 3 процентов в 2023 году. Впрочем, Корхонен придерживается более пессимистичной точки зрения, заявляя, что в среднесрочной перспективе до 2040 года рост российской экономики не будет существенно превышать 1,5 процента.
Существует много факторов, обусловливающих этот мрачный прогноз, но самыми важными из них являются сокращение численности трудоспособного населения и низкий уровень производительности труда, которые уже давно преследуют Россию.
Правительство пыталось различными способами выправить вмятину в демографической кривой, которую нанесли катастрофические девяностые годы. Для достижения этой цели был повышен пенсионный возраст, что должно было добавить миллионы работников в категорию трудоспособного населения, но Корхонен полагает, что эффект от этого шага будет ограниченным, поскольку многие пенсионеры и так продолжают работать после официального выхода на пенсию чтобы свести концы с концами.
Еще одной очевидной проблемой, ограничивающей экономический рост в России, является низкий уровень прямых инвестиций. Правительство рассчитывает увеличить инвестиции в основной капитал, и особенно в инфраструктуру, что предусмотрено программой 12 национальных проектов на общую сумму 27 триллионов рублей (около 360 млрд. долларов). В основе этой программы – попытка устранить глубокие структурные проблемы. Экономика переживала бум в нулевые годы, во время фазы быстрого догоняющего роста. Ходили даже разговоры о перегреве. Однако, этот рост, обусловленный потоком нефтедолларов, был в основном исчерпан к 2011 году, и рост стал замедляться, несмотря на то, что цены на нефть превышали 100 долларов за баррель.
Эти проблемы усугубились после присоединения Крыма и введения санкций в 2014 году. По оценкам МВФ, санкции ежегодно снижали темпы роста на 0,2 процента в период с 2014 по 2018 год.
Правительство накопило огромные резервы, около 600 миллиардов долларов, но тратит их крайне неохотно. Оно также жестко контролирует размер внешнего долга, чтобы сохранить неуязвимость России перед западными санкциями. В результате экономика растет значительно более низкими темпами, чем могла бы, учитывая размер имеющихся резервов.
Экономисты по-прежнему скептически относятся к реализации национальных проектов, а в случае если деньги все же будут выделены — в эффективности этих проектов. Многие из них планируется осуществлять силами крупнейших государственных предприятий. Мало у кого из аналитиков есть уверенность, что они, как и бывший Внешэкономбанк, реорганизованный в неофициальное министерство инфраструктуры, умеют  хорошо тратить деньги.
«Комбинация трех названных тенденций позволяет предположить, что потенциал роста, даже при благоприятных сценариях, составит не более 1,5 процента в год на протяжении двух ближайших десятилетий. Это существенно ниже аналогичных показателей в 2000-2008 годах, когда реальный ВВП России увеличивался в среднем почти на 7,5 процента. Более того, имеется множество рисков для всех сценариев роста. Хотя на сегодняшний день невозможно предсказать, насколько долго будут сохраняться негативные последствия пандемии Covid-19, можно не сомневаться, что доля России в мировой экономике будет снижаться», – утверждает Корхонен.

Оцените статью
Z1V.RU - Актуальные новости России и Мира
Добавить комментарий