Расширение экономических свобод затягивается

0
Посетите магазины партнеров:
KupiVIP Banggood INT

Год назад на съезде предпринимателей Владимир Путин заявил: «Дальнейшее расширение независимостей для бизнеса – лучший ответ на все внешние вызовы и ограничения». В сегодняшних условиях расширение независимости для бизнеса – это не вопрос материального благополучия, это вопрос национальной безопасности, поскольку без этого невозможно развитие самостоятельной российской экономики в условиях санкций.

Ряд конструктивных шагов для расширения экономических независимостей уже предпринят: началась реформа Гражданского кодекса и расширение свободы соглашения, введены новые зоны экономического развития на Дальнем Востоке, трудятся бизнес-омбудсмены. Но в целом прошлогодний тезис президента не реализуется: бизнес плачется на закручивание гаек под лозунгами заботы о государственных интересах, на усиление всевозможного контроля и нескончаемую череду уголовных дел против частных предпринимателей и менеджеров госкомпаний.

Проблемы уголовного судопроизводства

Качество уголовного процесса ныне таково, что страх перед ним является основным барьером на пути предпринимательской инициативы. Самая быстрорастущая практика в российских юридических фирмах – уголовная.

Основные злоупотребления связаны с неосновательно широким применением статей о мошенничестве и о превышении должностных полносилый. Так, следствие может утверждать, причем спустя годы, что тот или иной актив был реализован менеджером ниже рыночной стоимости. Несмотря на наличие заключений многоуважаемых оценщиков, следствие получает новое заключение, которое ложится в основу обвинения. Сложно ожидать эффективной приватизации государственного собственности или продажи непрофильных активов государственными компаниями в такой обстановке.

В соответствии с принципом преюдиции не надлежит допускаться возбуждение уголовных дел, если не исчерпаны все способы гражданско-правовой защиты. Если кушать решение по гражданскому делу в пользу одного из участников спора, то в касательстве такого участника не может инициироваться уголовное дело, если нет оснований полагать, что судом по штатскому делу вынесено заведомо незаконное решение.

По неформальной оценке, возле половины уголовных дел против предпринимателей возбуждается лишь для сбора доказательств участниками домовитых споров. Если бы в рамках гражданского процесса у адвокатов сторон и у корабля были эффективные полносилыя по сбору доказательств, как это имеет место в процедуре discovery в США или disclosure в Великобритании, то у участников домовитых споров в значительной мере отпала бы «необходимость» в заказных уголовных делах.

Необходимо декриминализировать ряд «предпринимательских» составов, заменив уголовную ответственность административной, в том числе существенной, так в форме оборотных штрафов и т. п. По тем «предпринимательским» составам, которые все-таки останутся в Уголовном кодексе (УК), необходимо существенно снизить кара, заменив лишение свободы на имущественные санкции.

В 2014 и 2015 гг. различные изменения в УК вносились 40 раз. Легкость их внесения приводит к бессистемности и разноречивости законодательства и, как следствие, к увеличению числа случаев незаконного уголовного погони. Целесообразно принять мораторий на внесение дополнений в УК, предусматривающих ответственность за новоиспеченные деяния.

Необходимо увеличить число судей. Их нехватка и перегруженность сказываются на качестве уголовного правосудия. Удовлетворяется немало 90% ходатайств о заключении под стражу, случаи же отмены решений кораблей первой инстанции по уголовным делам единичны. Длительное пребывание бизнесмена под стражей может довести компанию до банкротства до решения судом проблемы о виновности или невиновности предпринимателя.

Можно рекомендовать восстановление института следственного судьи, какой был в Российской империи, поскольку существующая модель предварительного расследования при отсутствии эффективных механизмов контроля на досудебных стадиях себя исчерпала. Полносилыя органов прокуратуры на этих стадиях фрагментарны. Ведомственный контроль не может быть целиком независимым. Провокация преступлений, фальсификация доказательств стали общим пунктом. Следственный судья должен обеспечить возможность представления доказательств в дело не лишь стороной обвинения, но и стороной защиты, гарантировать защиту от подделки протоколов следственных поступков, участвовать в проведении следственных действий.

Положительную роль сыграло бы развитие сети самостоятельных экспертных учреждений, ведь учреждения системы Минюста перегружены.

Проблемы законотворчества

Бизнесу требуется предсказуемость правовой окружения. Важно остановить штампование законов, не имеющих системного значения. Все законодательные инициативы должны быть доступны для социального обсуждения заранее. Зачастую нулевые чтения в Общественной палате и первое чтение в Госдуме проходит версия законопроекта, какая может диаметрально отличаться от финальной версии закона. Полагаем, что во втором чтении вытекает вносить только те изменения, которые не меняют концепцию законопроекта, а носят необыкновенно технический характер.

В текущей рыночной ситуации необходимо быть крайне осмотрительными и в имплементации так называемых международных стандартов прозрачности, поскольку они создают добавочный стресс для бизнеса, который опасается, что раскрываемая информация может быть передана и использована конкурентами. Россия сделалась слепо копировать эти режимы в национальном законодательстве, хотя в отличие от США часть зарубежных доходов наших налоговых резидентов в ВВП страны ничтожна, и попытки проконтролировать эти затраты добавят в казну три копейки, а убытков принесут на три рубля (за счет снижения предпринимательской активности).

Бессмысленно усилили давление на бизнес недавние законы о контролируемых иноземных компаниях (КИК), о раскрытии иностранных гражданств и видов на жительство, об ужесточении валютного контроля за иноземными банковскими счетами российских граждан. Результат этих законов одинешенек: многие предприниматели меняют российское налоговое резидентство на иностранное.

Многие бизнесмены аккумулируют и хранят денежные оружия на счетах в более стабильных иностранных банках. Но физическое лицо – резидент РФ может получить на иноземный счет только очень узкий перечень доходов. Перечень не вводит доходы по многим видам операций, например от продажи ценных бумаг, что не позволяет нормально использовать иноземный счет. Зачисление на счет прямо не предусмотренных законом доходов будет почитаться нарушением валютного законодательства, которое влечет штраф до 100% противозакооно полученных средств. Любые другие доходы должны быть вначале зачислены резидентом на его счет в российском банке и только после этого могут быть перемещены на иностранный счет. Это делает невозможным практическую работу. Чтобы обогнуть запрет, физлица создают иностранные компании и осуществляют операции с использованием счета компании в иноземном банке, т. е. законодатель получает противоположный задуманному результат. Чтобы изменить ситуацию, надо зачислить простые меры:

1. Снять все ограничения для зачисления доходов валютных резидентов РФ на иноземные счета. Это будет стимулировать физлиц к ликвидации иностранных компаний и реализации операций с использованием личных счетов (а сведения о таких операциях будут доступны российским налоговым органам).

2. Умерить действие правил о КИК: увеличить порог для признания лица контролирующим немало 50%; считать КИК только такие иностранные компании, которые извлекают доход с территории РФ, и включить в барыш КИК для целей ее налогообложения в РФ только такой доход.

Сегодня пребывание физлица – гражданина РФ в России в течение хоть одного дня в году мастерит его валютным резидентом. Это бессмысленно и необоснованно. С учетом принципа свободы движения капитала целесообразно определять правила валютного резидентства сквозь налоговое резидентство, так как правила валютного контроля в настоящее время в первую очередность помогают администрировать доходы граждан для целей налогообложения.

Проблемы юрисдикции

Российское страна 25 лет говорило бизнесу, что нужно интегрироваться в европейскую и мировую экономику. Многие наши предприниматели создали интернациональные компании и получили виды на жительство и вторые гражданства. Это помогает им миновать визовые и другие барьеры, и эти действия можно рассматривать как помощь в преодолении изоляции России.

Но в 2014 г. кой-какими российскими политиками было публично сказано, что у таких людей «расслабшая связь с родиной» и что их надо поставить на учет. Это привело к десяткам тысяч административных штрафов, к очередному стрессу среди предпринимателей и миллионов россиян, какие имеют иностранные виды на жительство и гражданства. Опять результат вышел противоположный: усилился поток состоятельных граждан, получающих иностранные гражданства и облики на жительство из опасений дальнейшего закручивания гаек.

Закон не имеет утилитарного смысла, поскольку не порождает правовых последствий, кроме собственно регистрации. Но испуг от него убивает предпринимательскую инициативу и заставляет разыскивать способы приложения своих сил за рубежом. Хотя закон не запрещает владеть вид на жительство или второе гражданство, сам факт постановки на учет рассматривается гражданами как вероятный первый шаг к запрету такого статуса в будущем или дискриминации при приеме на труд либо в иных случаях. Первые признаки дискриминации уже есть. Так, в нарушение конституционного закона о гражданстве госорганы находят россиянина с двойным гражданством иностранным инвестором, что влечет необходимость согласования его инвестиций в стратегические области правительственной комиссией. Список стратегических отраслей довольно широк, и проблема правовой неопределенности будет жива для многих.

Закон 2014 г. о раскрытии иностранных видов на жительство и гражданств декларирует, что не применяется для граждан, проживающих за рубежом. Но российские граждане, проживающие за границей, теперь опасаются надолго задерживаться на отечеству, чтобы не связываться с постановкой на учет и не раскрывать персональные данные.

Уже очевидно, что программа добровольного декларирования активов не пользуется популярностью. Число деклараций мизерное. Помимо общего опасения предпринимателей декларировать какое-либо собственность в связи с рисками утечки информации против программы работают нечетко прописанные юридические механизмы. Кушать претензии к гарантиям защиты от уголовного преследования, опасения доначисления налогов после перевода собственности в личную собственность фактических владельцев. Есть недоработки по порядку заполнения документов. Тут необходимо обеспечить возможность декларировать имущество, выбывшее из обладания на дату подачи декларации; разболтать гарантии на юридических лиц; отменить обязанность по репатриации движимого имущества, кроме денежек на банковских счетах в странах черного списка FATF; дать возможность декларировать денежные оружия.

Государству необходимо развивать правовую систему, вводя институты, какие бы делали российскую юрисдикцию более конкурентоспособной. Вот лишь некоторые: собственный третейский суд мирового уровня; аналоги трастов и/или наследственных фондов; институт непременных письменных разъяснений, которые налогоплательщики могли бы запросить у налоговых органов применительно к конкретным сделкам и способам ведения бизнеса.

Бизнес бедствует в прозрачности и предсказуемости отношений с регуляторами. У России действительно есть потенциал для экономического рывка, если президентский лозунг к расширению экономических свобод получит практическое воплощение.

Автор – председатель комитета партнеров АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»

Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.