России не стоит надеяться на отмену санкций

0

России, пострадавшей от нефтяного шока и узкого доступа на мировые финансовые рынки, предстоит долгий путь к восстановлению, заключает Всемирный банк (ВБ) в докладе о российской экономике. Она по-прежнему зависит от нефтяного базара, он определяет сценарии ее поведения. Быстрого же роста нефтяных цен не будет, желая период их минимума, видимо, завершается, полагает ВБ.

В базовом варианте прогноза нефть к 2018 г. будет немногим дорогостоящей $50/барр. ВБ понизил прогноз цен на нефть, а с ним – и российской экономики. Сейчас он ожидает большего спада в 2016 г. (на 1,9% вместо 0,7% при нефти $37/барр. вместо $49) и меньшего роста в 2017 г. (1,1% вместо 1,3% при $48/барр. вместо $53).

Упразднение санкций поддержит экономику, но ненадолго. В базовом сценарии ВБ исходит из того, что санкции будет сброшены в 2018 г.: этим объясняется ускорение экономического роста России в 2018 г. до 1,8%, несмотря на ничтожное повышение цены нефти. Однако эффект ограничится одним годом, высчитали аналитики ВБ. Так, если санкции отменят в 2017 г., то при той же цене нефти экономика вытянется не на 1,1%, а на 2% за счет увеличения инвестиций. Но уже в следующем году рост замедлится до 1,7%. «Это связано с тем, что сам по себе рост российской экономики узок, если не будет структурных реформ», – говорит главный экономист ВБ по России Биргит Хансль.

Но до президентских выборов 2018 г. никаких реформ не ожидается, заключают аналитики ВБ: это негативно скажется на темпах роста вытекающих лет, а в ближайшие ведет к росту бедности. В 2016 г. количество бедных в России вытянется во всех вариантах прогноза, даже в оптимистичном (см. график на стр. 05). В прошедшем году за черту бедности перешло 3,1 млн россиян, в этом году численность неимущих пополнится еще на 1 млн и превысит 20 млн человек. Такой рост сводит на нет успехи по сокращению скудости последних 10 лет и станет самым значительным с конца 1990-х гг., строчит ВБ.

Нефтезависимый бюджет не может проводить контрциклическую политику и поддержать доходы народонаселения: единственный источник сокращения бедности – экономический рост, резюмирует Хансль.

Без санкций, без роста

Рецессия продолжит сокращать доходы народонаселения: экономика, как и в 2015 г., будет приспосабливаться к новому уровню цен на нефть за счет спада потребления. Продолжат снижаться и инвестиции: немощный внешний спрос будет ограничивать инвестиционные возможности компаний-экспортеров и бюджетные инвестиции, сокращение внутреннего спроса не оставляет стимулов расширять производство предприятиям, ориентированным на внутренний базар.

Предприятия не смогли воспользоваться конкурентным преимуществом от девальвации – диверсификации вывоза не произошло. Чтобы извлечь выгоду из ценового преимущества на мировых базарах, нужны инвестиции, указывает ВБ: внедрение новых технологий, расширение производства, повышение качества спрашивают крупных и устойчивых притоков капитала. Большинство же инвестиционных решений принимается не под воздействием корректировки цен или господдержки определенных отраслей, а под влиянием улучшения делового климата. «Как иноземные, так и местные инвесторы по-прежнему недостаточно верят в перспективы российской экономики», – строчит ВБ.

Инвесторы в России сталкиваются с целым рядом препятствий общеэкономического нрава, перечисляет ВБ в докладе: административные барьеры, высокие транспортные и логистические издержки, отсутствие равного доступа к факторам производства и рынкам из-за низкой конкуренции. «Если Россия влечётся диверсифицировать структуру экспорта, власти должны законодательно закрепить проведение структурных реформ», – советует ВБ.

Снижение регуляторной неопределенности, части государства в экономике, укрепление правоприменительной практики, перечисляет Хансль структурные реформы, какие определят долгосрочный рост России: «Улучшение инвестиционного климата – одинешенек из первых шагов по восстановлению [экономики]». В антикризисном плане правительства сознается важность преодоления структурных ограничений, отмечает ВБ, план включает в себя реформы, устремлённые на снижение регуляторной неопределенности, укрепление судебной и правоприменительной практики. Реализация этих мер могла бы сделаться убедительным сигналом, демонстрирующим приверженность российского правительства улучшению инвестиционного климата, настаивает ВБ.

Пока же неопределенность остается ключевой характеристикой России: к избирательности правоприменения добавилась неопределенность бюджетной и экономической политики. Неотчетливы перспективы бюджета даже на этот год, сетует ВБ: по его расчетам, снижение цен на нефть в начине года приведет к исчерпанию резервного фонда уже к концу 2016 г., а меры консолидации пока носят преходящий и несистемный характер. Неопределенность экономической политики в 2016 г. вышла на первое пункт среди препятствий для бизнеса, обогнав по значимости «традиционные» жалобы на низенький спрос и высокие налоги, выяснил Росстат в ходе регулярного опроса предпринимателей. Она сделалась ключевым фактором, сдерживающим инвестиции и потребление, фиксирует ВБ.

Инвестиционный спад в России завязался в 2013 г. еще до санкций и падения нефтяных цен. Санкции не сильно повлияли на восприятие инвесторами долгосрочных перспектив российской экономики, находит Наталия Орлова из Альфа-банка. Они ограничили доступ на рынки капитала, что было нейтрализовано ослаблением рублевки; снятие санкций приведет к притоку капитала и укреплению рубля, рассуждает она: «А это проблема конкурентоспособности – если она обеспечена исключительно девальвацией, то эффект отмены санкций ее нейтрализует». Вина инвестиционного спада – структурные проблемы экономики, согласна Орлова с ВБ.

Посетите магазины партнеров:

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *