«У пациентов с ВИЧ нормальная продолжительность жизни»

БИЗНЕС

Если 20 таблеток, что входят в курс лечения ВИЧ, соединить в одну, это спасет миллионы существований по чисто психологическим причинам. Люди часто или забывают зачислить лекарство, или пренебрегают необходимостью пить все – сколько прописано, объясняет исполнительный председатель рекомендации директоров Gilead Sciences Джон Мартин.

Из рассказа Мартина вытекает, что больные из развитых стран вынуждены спонсировать лечение третьего вселенной, а $1000 за одну таблетку – вполне разумная цена.

Gilead Sciences Inc.

Фармацевтическая компания
Акционеры (эти Bloomberg): 99,3% акций в свободном обращении, крупнейшие инвесторы – Blackrock (8,05%), Vanguard Group (7,11%), State Street Corp. (4,46%).
Капитализация – $ 95,4 млрд.
Финансовые показатели (девять месяцев 2017 г.):
выручка – $20,6 млрд,
незапятнанная прибыль – $8,5 млрд.
Основана в 1987 г. в США, работает немало чем в 30 странах. Специализируется на исследованиях и разработке препаратов против ВИЧ и СПИДа.

«Нам нечего извиняться за рослые прибыли – это все пока не истек срок действия наших патентов», – сообщает человек, сидящий в самом аскетичном офисе руководителя корпорации из всех, в каких я когда-либо бывал. На стенах практически пусто. Хозяин кабинета – Мартин объясняет: это потому, что он въехал сюда лишь в начале лета. Хотя, мне кажется, времени было довольно, чтобы повесить на стену картину-другую. Похоже, что Мартин, 66-летний инженер-химик на рослом посту и типичный представитель Среднего Запада, просто не охотник украшений. Зато он буквально светится при возможности поговорить о снадобьях, которые выпускает его компания. Ах, да – еще он делает большие деньги.

Сейчас Gilead Sciences готова получать еще больше, но и дать тысячам людей поразительный шанс просуществовать дольше. В середине октября Управление по контролю за лекарственными препаратами и пищевыми продуктами США (FDA) одобрило препарат Yescarta – первоначальный химерный антигенный рецептор Т-лимфоцитов, помогающий при некоторых образах лимфомы. По словам Мартина, это революционная технология («персонализированная генетически модифицированная клеточная терапия»), а возможность использовать иммунную систему – одинешенек из самых важных прорывов в лечении рака за несколько десятилетий. Он цитирует Норберта Бишофбергера, директора по изысканиям и развитию Gilead Sciences, который любит повторять, что «у нас всех внутри сидит рак», но отдельный теряют контроль над иммунитетом – и тогда рак вырывается на волю. Рак, продолжает Мартин, «убивает невосприимчивость, так что ваш организм не может бороться с болезнью». Теперь наука может мобилизовать для войны с раком собственные клетки человека.

Каталожная цена на курс Yescarta – $373 000, и пока никто не высказался о дороговизне препарата.

Передовые разработки в России

Авангардные разработки в России

Препарат для лечения рака матки Virexxa получил в США статус орфанного (дословно «сиротского», т. е. назначенного для лечения заболеваний, которым болеет небольшое число пациентов), сообщал в 2013 г. петербургский производитель и разработчик снадобья «Фармсинтез». На сайте ClinicalTrials.gov говорится, что исследование препарата продолжается. Подобный же статус в 2017 г. присвоен препарату для лечения хронического миелоидного лейкоза, его разработчик – резидент «Сколково» «Фарм фьюжн». На фото: завод «Р-фарм» в Ярославле «Р-фарм» в 2015 г. получил позволение FDA на проведение клинических испытаний своего препарата, сообщала компания, не именуя препарат. Это дает «Р-фарму» возможность в будущем зарегистрировать и торговать лекарство, все права на которое принадлежат компании, в США. Россия не интегрирована в фармацевтический мир, сетовал в 2012 г. Игорь Крылов, занимавший тогда пост гендиректора крупнейшего российского производителя снадобий – «Фармстандарта». Аципол имеет патент в Великобритании и Франции, но, чтобы его там зарегистрировать, придется опять провести все исследования, говорил он.

С лекарством от гепатита С Sofosbuvir, получившим позволение FDA в 2013 г. (Gilead Sciences продает его под брендом Sovaldi), было по-иному. Двенадцатинедельный курс по одной таблетке в день стоил $84 000. Компанию немедля бурно осудили за «чудовищно дорогие» таблетки – по $1000 за штуку. Не помогло даже то, что у Sovaldi нет положительных побочных эффектов, как у других лекарств от гепатита С, и что он дешевле аналогов, если взять стоимость итого курса.

«Sovaldi оказался ударом по кошелькам, – сообщает Мартин, который в те времена был гендиректором Gilead Sciences. – Было огромное число людей с гепатитом С, которым немедленно нужно было снадобье. Поколение беби-бумеров становилось старше, они лечились принятым тогда интерфероном и страдали. Он не помогал». Понятно, что они набросились на Sovaldi, особенно если учесть, что гепатологи заблаговременно всех обнадежили. «Обычно, когда запускаешь новое снадобье, в первый год появляется определенное количество пациентов, на второй оно удваивается, на третий их еще вяще. В случае с гепатитом С все было наоборот. В первый год – максимум, после пациентов было все меньше». Это увеличило нагрузку на бюджеты страховых компаний, какую им трудно было предвидеть, рассказывает Мартин.

Я интересуюсь у Мартина, отчего Big Pharma (название, излюбленное СМИ, но не пользующееся популярностью у самих компаний) возбуждает столько гнева при общественном обсуждении. «Широкая общественность видает, сколько денег тратится на здравоохранение, и полагает, что львиная часть достается производителям лекарств, – объясняет он. – В реальности на них доводится относительно скромная доля расходов». Но так как американская система здравоохранения весьма запутанна, «обыкновенному человеку практически невозможно проанализировать различные факторы, воздействующие на стоимость лечения». Как наиболее прозрачная статья расходов, снадобья оказались самой удобной целью для критики.

Мартин сообщает и о другом вызове, стоящем перед фармпроизводителями: как донести информацию о «житейском цикле [или процедуре внедрения] фармацевтических инноваций». Люди обыкновенно узнают о новых лекарствах после того, как получено похвала регулятора. Поэтому «споры, естественно, идут в основном по предлогу клинических результатов и стоимости. Но сертификация – это кульминационный момент немало лет кропотливой работы десятков, а порой и сотен ученых, и в этой труду тупиковых направлений не меньше, чем прорывов. Огромные инвестиции делаются без гарантии отдачи». Если бы люд имели представление об этой работе, «мы бы нашли больше понимания сравнительно стоимости лекарства», уверен Мартин.

Разработка новых снадобий «экстраординарно дорога», настаивает Мартин. По его словам, большинство продуктов оказываются провальными, «а когда патент получен, необходимо еще кое-что». Патент он сравнивает с лицензией на продолжение инноваций. Нередко лекарства дороги, потому что в стоимость включена прибыль: денежки, вернувшиеся в компанию, дают возможность продолжать инновацию.

Во немало негативных отзывах о каталожной цене Sovaldi в США не упоминается программа доступности Gilead Sciences для десятков неимущих стран. В первую очередь это проект в Египте, где 10% народонаселения – а это целых 9 млн человек – страдают хроническим гепатитом С. По некоторым этим, половина мужчин старше 50 лет в дельте Нила – носители вируса. Это итог использования нестерильных игл для шприцев во времена борьбы с шистосомозом, или улиточной лихоманкой (тропическое паразитарное заболевание. – «Ведомости»), продолжавшейся с 1950-х по 1980-е гг.

Двенадцатинедельный курс Sofosbuvir от гепатита С египетскому правительству обходится в $900, а оно раздает таблетки дарованием. Gilead Sciences также разрешила ряду индийских и египетских компаний изготавливать и торговать таблетки по лицензии за скромные роялти. У Египта довольно эффективная система здравоохранения, какая делает страну надежным партнером.

Возможно, из-за этих интернациональных субсидий Дональд Трамп в середине октября неожиданно раскритиковал фармацевтические компании. «Стоимости на рецептурные препараты вышли из-под контроля, – произнёс он. – Точно такое же лекарство того же производителя [продается за рубежом] за крохи от того, что мы платим в этой краю». Трамп сделал вывод, что фармацевтам все сходит с рук (игра слов, по-английски фраза звучит are getting away with murder – дословно: избегают ответственности за смертоубийство. – «Ведомости»), – любопытный способ дать характеристику делу, спасающему жизни.

Preloader2
  • Доступ ко всем материалам, как сегодняшним, так и к архиву: новинкам, интервью, статьям, расследованиям, аналитике
  • Возможность читать нас с любых конструкций (компьютер, планшет, смартфон)
  • Всегда свежий номер в разделе «Газета»
  • Каждодневный e-mail с анонсами важных материалов
  • Участие в обсуждении материалов на сайте

Дары для годовых подписчиков

Оцените статью
Z1V.RU - Актуальные новости России и Мира
Добавить комментарий